Прошедший Петербургский экономический форум обсуждался в основном с точки зрения масштаба официально подписанных на нем инвестиционных соглашений, недопущения показной демонстрации роскоши во время народных бедствий (истошно отрицаемых одичалыми всех мастей) и очередной манифестации высокопоставленных либеральных могильщиков России, потребовавших нового этапа её разграбления под привычным псевдонимом приватизации.

При этом наиболее важный результат этого форума — интеллектуальный — оказался почти проигнорирован даже доброжелательными наблюдателями (возможно, потому что в силу доминирования либеральных подходов никто уже давно не ждет от официальных экономических форумов ничего интеллектуального).

Руководитель «Роснефти» И.И.Сечин, анализируя повседневные факторы, влияющие на работу и перспективы этой крупнейшей компании (компания глобальная, — соответственно, глобальны и значимые для нее процессы), как нечто само собой разумеющееся констатировал смерть рынка как фактора саморегулирования мировой экономики, — а значит, и национальных экономик.

Сказано это было предельно аккуратно и вроде бы в отношении частного вопроса: «Рыночная экономика больше не работает в качестве основного механизма глобального регулирования движения капитала». Однако глобальное движение капитала (как отраслевое, так и территориальное) — важнейший фактор мирового развития. Если рыночные отношения утратили свое определяющее значение для этого фактора, они утратили его и для всего развития человечества.

Конечно, рыночные отношения не исчезли, — но они оттеснены более важными факторами, выступающими через действия значимых государств, на второстепенные, вспомогательные позиции (характерные, например, для советской экономики). А ключевую роль, заняв место рынка, теперь играют государства, — разумеется, те, кто действует осознанно и в своих интересах, а не представляют собой совокупность региональных менеджеров глобальных корпораций со своими секретаршами.

Аналитики, особенно обращающие внимание на преобразование общества современными технологиями и на политэкономическое значение монополизации (рынок — это эквивалентный в среднем обмен, который монополии делают систематически неэквивалентным, разрушая тем самым рынок как таковой), говорят об утрате рынком своей регулирующей роли достаточно давно.

Однако официально — и тем более практиком, а не теоретиком — это заявлено впервые. Дополнительную силу этой констатации придает именно её не прогнозный, а описательный характер: смерть рынка как фактора саморегулирования экономики наблюдают уже долгое время все, кто не жмурится, — и тот, кто не констатирует очевидного для всех, просто боится признаться, просто стесняется сказать «А король-то голый!»

Разрушение рынка произволом всё менее адекватных чиновников (как сетовал президент России, на Западе для руководителя перестало быть нужным даже формальное высшее образование) ведёт к многочисленным рукотворным бедам. Каждая из них вызвана субъективным произволом, но их совокупное воздействие носит объективный характер и вызвано деградацией управляющих систем во многом по инерции все еще развитых стран.

Наиболее важным представляется продолжающаяся (несмотря на исключения для нероссийского угля и производства техники для убийства русских) реализация «зелёного мошенничества». Подавление инвестиций в традиционные источники энергии обеспечивает дефицит последней само по себе, — а насаждение частью еще или уже не созданных, а частью значительно более энергозатратных «зелёных технологий» в перспективе 10 лет качественно усиливает этот дефицит.

Это становится самостоятельным, дополнительным фактором распада единых мировых рынков, так как для выживания в предстоящем мире дефицита энергоресурсов каждая значимая экономика нуждается в их собственном источнике, — реализуя и в этой сфере очевидный после санкционной агрессии Запада против России принцип «у вас нет того, что вы не производите сами».

Технологический суверенитет, то есть способность самостоятельно производить все, критически нужное для соответствующей экономике, уже стало благодаря этому категорическим требованием новой эпохи. И для соответствия этому требованию необходимо коренное изменение всей экономической политики, ориентированной в мире в целом (за исключением разве что Китая и Индии) на стимулирование финансовых спекуляций и подавление национального сложного производства.

В России в силу продолжающегося 36 лет управления социально-экономической сферой преимущественно либералами ситуация еще хуже: всё регулирование экономики ориентировано на экспорт сырья и продукции его переработки — с оставлением у более развитых стран основной части добавленной стоимости.

О прибыльности этого неоколониализма свидетельствуют данные аналитиков Credit Suisse, по которым Россия поставляла Германии сырья на 20 млрд евро, из которых Германия производила продукции на 2 трлн.: коэффициент 1 к 100! При этом при минимальных усилиях критически значимую часть этой добавленной стоимости Россия могла бы производить и сама, — но сама мысль об этом категорически запрещается либеральным руководством, так как способно обеспечить освобождение нашей Родины от власти глобальных спекулянтов.

Для перехода к комплексной, всеобъемлющей модернизации России жизненно необходимо устранение пяти основных преград на этом пути.

Первая — отсутствие капитала, бегущего за границу. Поэтому необходим запрет вывоза капитала, обналичивания его (как частного случая бегства — в нелегальную форму) и офшоров как инфраструктуры этого бегства и ключевого элемента системы управления им.

Вторая преграда развития России — фактический запрет защиты своих производителей от непосильной (а то и просто недобросовестной) внешней конкуренции, установленный не только колониальными соглашениями ВТО (в который Россия вступила на неизмеримо худших условиях, чем, например, Китай), но и всей налоговой и таможенной системой. Здесь необходима всеобъемлющая налоговая и таможенная революция.

Третья преграда — тотальный произвол монополий, завышающих и блокирующих развитие страны в каждой точке. В результате материальные затраты абсурдно завышены и просто не позволяют развивать мало-мальски сложные производства. Время уходит, вера монополистов в легитимность своего ценового самодурства уже стала незыблемой, — и сегодня единственным путем снижения издержек до разумного уровня является национализация базовых отраслей с управлением ими в интересах общества, а не получения сверхприбылей через завышение цен. После войны Англия, пойдя по этому пути, за первую же пятилетку из жалкого банкрота с фрустрированным населением вернулась в круг наиболее развитых промышленных держав мира.

Четвертая преграда — запретительно дорогой кредит. Для его удешевления и возвращения ему функции двигателя экономического развития необходимо ограничение финансовых спекуляций. Лучший пример дает здесь послевоенная Япония, разрешившего крупному бизнесу вкладывать в финансовые спекуляции любые суммы — после инвестирования впятеро больших в реальный сектор.

Наконец, пятая преграда развитию России — нищета населения. Государству пора начать выполнять собственную Конституцию, гарантируя гражданам право на жизнь в виде гарантированного прожиточного минимума. Для этого в бюджете аж с 2005 года есть даже деньги — нет лишь желания.

Кроме того, жизненно необходим стабильный курс рубля (недаром И.И.Сечин на Питерском экономическом форуме говорил о необходимости перехода к таргетированию курса валюты), что легко достигается на основе стратегического планирования простым ограничением финансовых спекуляций.

Но, к сожалению, вопрос о признании реальности, вопрос о переходе от разграбления ошметков советского наследия к созиданию и преображению России является сегодня вопросом о власти.

Под властью либеральных национал-предателей — финансовых спекулянтов, и сегодня представляющих интересы убивающего нас Запада, невозможно не только развитие, но и само существование России. Именно на это делает ставку, в частности, Англия в своем латентном противостоянии с США и Израилем (в частности, для США переход российского сырья под контроль Китая из-за гипотетической гибели России — экзистенциальная катастрофа, а для Англии именно в силу этого — необходимый шаг к более благоприятному для нее миру).

А подробнее об этом вы можете узнать из моей книги.

ИсточникДелягин.ру
Михаил Делягин
Делягин Михаил Геннадьевич (р. 1968) – известный отечественный экономист, аналитик, общественный и политический деятель. Академик РАЕН. Директор Института проблем глобализации. Постоянный член Изборского клуба. Подробнее...