Замковый камень государства

Александр Проханов

ЯСНЫЙ СОКОЛ И ЧЁРНЫЙ ВОРОН

По некоторым сведениям, дочь Ельцина Татьяна Юмашева покинула Россию и переселилась в Австрию, на свою виллу, предпочитая, чтобы Россия забыла о ней. И на реке русского времени о ней не осталось и следа. Разгром "болотного движения", подавление реванша, которым взбесившийся класс тщетно старался восстановить ельцинизм, — ещё один пример того, что время Ельцина окончательно завершилось. И тяжкая плита на Новодевичьем кладбище перестала шевелиться и застыла навек.

Чем он был, ельцинизм? Кем являлся Борис Ельцин в русской истории? Какую миссию поручило ему провидение?

Появление Ельцина и его правление подчиняются фундаментальному закону русской истории, согласно которому русское время — это череда империй, возникающих как могучий энергетический взрыв, достигающий невиданного расцвета, цветения культурных и военных побед, украшенный образом великих правителей и духовидцев. Достигнув расцвета, империя рушится в бездну, превращается в прах. И в чёрной дыре исчезает всякая надежда на воскрешение русской цивилизации.

Однако является чудо, не объяснимое историческими закономерностями. Из чёрной бездны вновь зарождается облик новой империи, в её цветении и могуществе. До той поры, пока вновь не разверзнется бездна и не поглотит в своей пене восхитительное государство.

Кажется, что в русском небе несётся светоносный творящий дух, божественный гений, светлый ангел. Он наполняет русскую жизнь, сотворяя из неё великолепную имперскую сущность. Но потом этому ангелу света становится тесно в пространстве империи, он начинает задыхаться и меркнуть. И, в конце концов, покидает этот тесный омертвелый объём.

На смену ему является тень разрушения, дух погибели, гений тьмы. Он влетает в пространство русской истории, совершает в нём чудовищные разрушения, превращая великое царство в пепел. Извечная борьба двух сил, двух духов — света и тьмы, ангела и демона — придаёт пульсирующий характер русской истории. Превращает её в синусоиду, которая изображает процесс возникновения и крушения империи. В древней мифологии противоборство этих стремлений облачается в символическую схватку двух птиц — ясного сокола и чёрного ворона, излюбленный мотив русских сказок и народных песен.

Тьма, накрывшая Советский Союз своей тенью, в конце 80-х годов искала человека, в которого могла бы вселиться. И нашла Бориса Ельцина, вселилась в него как чудовищная сила, историческая миссия, призванная уничтожить Советский Союз и завершить очередной имперский цикл. Превратить в пепел четвёртую империю — империю Сталина.

Метафизики, изучающие биографию Ельцина, не пройдут мимо разрушения им Ипатьевского дома в Екатеринбурге. Этим актом Ельцин воспроизводит цареубийство. Символически второй раз казнит царя и его семью. Приобщает себя к той чудовищной силе, которая убила империю Романовых, завершив это убийство зверской казнью в Ипатьевском доме. Таким образом, Ельцин дважды участвует в разрушении великих империй: символически — третьей империи Романовых и явно, всей своей звериной мощью, — четвёртой империи Сталина.

Адольф Гитлер, таинственный оккультист, мировой демон, составляя план "Барбаросса", использовал опыт не только своих генералов, но и оккультных магов из "Аненербе". По плану "Барбаросса" следовало уничтожить Советский Союз с его коммунистической идеологией, с его государственными и партийными структурами. Пространство Красной империи надлежало рассечь на куски, оставить русским самую неудобную, необжитую часть. Русский народ, уменьшенный вдвое, обрекался на животное существование без промышленности и армии, без культурных ценностей и памятников, теряя черты народа, превращаясь в этнографический субъект.

Этому чудовищному мистическому плану не дано было осуществиться: сталинские танки Т-34 станцевали на имперской канцелярии волшебный хоровод, отслужили свою божественную литургию, изгнав гитлеризм из истории.

Но таинственными силами асимметричного мироздания, в котором исторический луч искривляется, пробегает неисчислимое пространство и возвращается в исходную точку, согласно загадочной метафизике истории гитлеризм воплотился в Борисе Ельцине. Адольф Гитлер воскрес в партийном вожде. И тот выполнил план "Барбаросса" во всей его жуткой полноте: уничтожил Советский Союз. Испепелил красную идеологию. Убил партийную и государственную организации. Рассёк на множество частей территорию. Уменьшил численность русских, отнял у них армию, индустрию, науку, отсёк от культуры, выдавил из истории.

Эта страшная миссия досталась Борису Ельцину, в которого вселилась чудовищная ревущая сила. Было видно, как эта сила разрушает его. Как он мычит от боли, как страдает и сходит с ума. Вот он жутко, в облачении шамана, бьёт в бубен. Вот стучит деревянными ложками по лысому черепу Акаева. Вот уродливо жестикулирует, приплясывая, дирижирует немецким оркестром, и под музыку "Калинки-малинки" убегают из Германии некогда победоносные сталинские войска.

Вот он стоит на танке у Белого дома. И больше нет человека, а только жуткий кентавр с туловом танка и с чудовищной волей громить, стрелять, разрушать. Зловещая демоническая сила, заключённая в Ельцине, совершила свою страшную миссию и напоследок вырвала ему сердце. Он ушёл, как бич Божий, оставив после себя руины великого царства.

Может показаться, что конец ельцинизма совпадает с началом правления Путина. Но это не так. Острый взгляд метафизика отметит поразительное явление девяносто третьего года. Тогда танки, стреляющие по Дому Советов, знаменуя победу либералов, одновременно своими залпами готовили гибель либерализму. Создавали мир, в котором не оказалось места либеральному мифу. Создавали сегодняшние реалии, в которых либералы отброшены на обочину. Мир, который так же напоминает либерализм, как воронёный ствол напоминает ветку цветущей мимозы.

Принятая под аккомпанемент танковых выстрелов Конституция, которая, по мнению либеральных создателей, должна была закрепить в России либеральное направление, эта Конституция положила начало патриотическому наступлению. Патриоты захватили Думу сразу же после первых выборов. От этого волосы дыбом вставали на головах либералов. И один из них воскликнул: "Россия, ты сошла с ума!"

Чёрный демон, испепелив государство, стал удаляться. Ему на смену, ещё невидимый, из бесконечно отдалённой лазури, стал приближаться гений света. Чёрный ворон, изодранный ясным соколом, падает ниц, роняя свои грязные перья.
Ельцин — это пропасть русской истории, это чёрная дыра русского времени, когда остановились русские часы. Но стало светать, начала зарождаться пятая империя, и заработали солнечные часы русского времени.

ЗАЧАТИЕ ВО СНЕ

Как солнце на рассвете мучительно проникает в холодный камень скалы, как весна своей робкой капелью на одно лишь мгновение растопит зимние льды, так хрупко и почти незаметно среди смуты русского времени, в чёрной дыре вдруг слабо сверкнёт светоносный дух, промчится и скроется ясный сокол русской истории.

Путина на замену Ельцина выбирали скрупулёзно и тщательно. Отсевая многих негодных, его просматривали сквозь множество светофильтров. Исследовали его генезис, изучали поведение в спецслужбах, в период перестройки, в гиблые дни ГКЧП, в придворном окружении Собчака. Его изучали олигархи, сам Ельцин, члены его семьи, референты за океаном, управляющие российской политикой.

Остановились на Путине, полагая, что он является идеальным продолжателем дела Ельцина, лоскутком из ельцинского пиджака. Будет послушной преданной марионеткой в руках олигархов и заморских правителей. Три раза Березовский предлагал Путину стать президентом России. И три раза Путин отказывался. Трижды тайный гений государства российского стучался в дверь Путину. И тот трижды его не пускал. Пока, наконец, не открыл дверь. Дух, не видимый миру, влетел и отождествил себя с Путиным.

Государства не было, а была гигантская скользкая лужа, расплывшаяся между трёх океанов, мёртвая бесхребетная медуза, истлевавшая на отмели. Длилась чёрная ночь, в которой сгинула русская цивилизация. Но в этой ночи состоялось зачатие. Дух явился, вселился в русское время. В лице Путина обрёл своего носителя, свил гнездо в его сердце. Этот дух пробивал себе дорогу в истории взрывами московских домов, второй чеченской войной, страшными боями в горах. Тогда Путин, напрягая все силы народа и армии, перечёркивал хасавюртовский мир. Закупорил страшную пробоину, в которую утекала последняя энергия раненой полумёртвой страны.

Победа во второй чеченской была первой победой нового государства российского, где тайный дух впервые себя обнаружил. Победоносец Путин прилетел на истребителе в усмирённый Грозный и среди развалин и тёмных воронок, среди горящих нефтепроводов и не просевших могил принял парад победы. Там, на этом параде, состоялось венчание Путина на царство. Не в Успенском соборе среди песнопений и патриарших благословлений, а под жёсткими взглядами воинов, у которых не зажили ещё ожоги и раны.

Во время чеченских войн у России появились свои новые святые и полководцы.

Евгений Родионов принял смертную муку, но не предал веру и Родину, стал русским святым. Воины Шестой воздушно-десантной роты, что легла костьми на пути врага, были ротой святомучеников. Шаманов и Трошев были победоносными полководцами. А если у народа есть святые и полководцы, значит, у народа есть государство.

Мы помним, как Путин на празднике спецслужб в окружении офицеров разведки перед телевизионными камерами произнёс: "Считайте, что задание Центра выполнено, внедрение в банду состоялось". Все посмеивались над этой рискованной и не слишком удачной шуткой. Но это было публичное признание в том, что он утвердился в своей роли русского государственника, что им начата работа по воссозданию государства среди чёрной враждебной тьмы.

Эта тьма продолжала действовать, присылала своих страшных гонцов, громоздила катастрофы и беды. Взорвался "Курск" — символ Красной империи, советский "Наутилус". И его крушение должно было подтвердить испепеление русской цивилизации, отнять у народа последнюю надежду на воскрешение Родины. Но горе сплотило народ вокруг трагической лодки. Там, в чёрном холодном корпусе, среди ледяного рассола, ядовитого дыма, плавающих в воде мертвецов последний моряк, умирая, послал на волю записку. Он писал: "Не надо отчаиваться". Он утешал не только любимых и близких. Он утешал весь народ, умоляя его не терять надежды — надежды на то, что великое государство восстанет.

Путин прилетел на север на военно-морскую базу, где собрались рыдающие вдовы и матери. Он стоял среди этих слёз и рыданий: бледный, немой. Он сознательно поместил себя в этот жуткий очаг страданий, безутешного горя. Он терпел невыносимую боль. Обретал с этой болью стоицизм и незыблемость. Это был ритуал, на котором он отождествлял себя с народом во всех его несчастьях и горестях, во всех грядущих победах. Именно тогда, среди женских рыданий, он понял, что Россия для него — это судьба. И лишь позднее, на Валдайском форуме, произнёс это вслух.

КОНЕЦ КАМНЕПАДА

Путин закрепился во власти, как хрупкий вьюнок, который цепляется за стену одним-единственным усиком, и кажется, вот-вот оборвётся. Ибо стена, за которую тот зацепился, продолжала сотрясаться, и из неё выпадали громадные камни. Камнепад, связанный с крушением СССР, продолжался.

Путина, как овцу, пасли жестокие пастыри, которые привели его в Кремль. Его стерегли овчарки, которые дышали у него за спиной. Еврейские олигархи, захватившие львиную долю советской собственности, создавшие могущественные банки, установившие связи с политическими, финансовыми и военными центрами Америки, окружали Путина, как конвоиры окружают пленного. Он был пленный президент. И бегство из плена предполагало уничтожение конвоиров.

Разгром олигархов был моментальной спецоперацией, смертельно опасной и блистательно выполненной. Сброс олигархического окружения, изгнание Березовского и Гусинского, суд и осуждение Ходорковского означали смену элит, в которой Путин развязывал себе руки для строительства государства. Упомянутые олигархи, исповедники парламентской республики, сторонники конфедерации, предлагавшие расчленить Россию на группы государств, вели страну к распаду, предотвратить который Путин сумел в кровопролитной чеченской войне.

Устранение олигархов напоминало расправу Сталина со своими политическими врагами в 20-30-х годах. Когда разгром представителей ленинской гвардии расчистил Сталину путь к строительству имперского государства. Элитный вакуум после разгрома олигархов был восполнен Путиным за счёт офицеров ФСБ — организации орденского типа, которая после развала СССР сохраняла свою корпоративную метафизическую сущность, ибо орден госбезопасности присягал на служение государству. И новая, призванная Путиным элита, прошедшая деформацию и порчу 90-х годов, глубинно оставалась орденом государственного служения.

Исследуя быстротечную смену элит, приходим к выводу, что Путин не является преемником Ельцина. Но является преемником Сталина. Всё та же виртуозно проведённая схватка с космополитической партийной средой и замена её Орденом меченосцев — партией нового типа.

Впрочем, партия, которая была создана Путиным — партия "Единая Россия", не являлась партией большого проекта, не являлась штабом интеллектуальных стратегий. Это была техническая партия, служившая одной-единственной цели: воспроизведению власти в каждом выборном цикле. И партия добросовестно выполняла эту роль, была и остаётся эффективным инструментом, контролирующим парламент, не позволяя парламенту посягать на путинский централизм.

Второй инструмент власти, который Путин поставил под свой контроль, — Центральное телевидение. Олигархи были в изгнании. Но принадлежавшие им телевизионные каналы продолжали их политику, которая носила ярко выраженный антипутинский характер. Переход трёх каналов под контроль государства сделал путинскую власть прочной, как устойчивый треножник. Опиралась эта власть на чиновников родом из ФСБ, на правящую партию, воспроизводившую власть через парламентские выборы, и на телевизионные кинескопы, контролирующие общественное сознание. Такая власть была способна покончить с парадом суверенитетов, которым Ельцин наградил национальные республики, и тот и после распада СССР продолжал трагический распад России.

Разгром чеченского сепаратизма стал уроком для сепаратистов Поволжья, якутских националистов и некоторых регионов России, для кого идеалом государственного устройства была конфедерация.

Развитие «Газпрома», превращение его в государствообразующую, имперообразующую структуру является грандиозным достижением Путина, с помощью которого он, разбросав трубы по всей Евразии, соединил их с Европой, Белоруссией, Украиной, республиками Средней Азии. И это стянутое стальными трубами пространство стало первым прообразом будущего великого государства. «Газпром» — цивилизационное достижение путинской России, основа благополучия в условиях, когда все остальные формы промышленного производства были уничтожены реформой Гайдара. «Газпром», его централизм стал антидотом либеральных ядов, спас страну, заложил основы будущей евразийской государственности. «Газпром» — это стальной бутон, из которого со временем распустится цветок пятой русской империи.

Камнепад продолжался. Но стена, из которой выпадали камни, уцелела. Свод государства, расшатанный либеральной бурей, обрёл свой замковый камень. Имя замкового камня — Путин.

«ДВУХ СТОЛЕТИЙ ПОЗВОНКИ…»

Исследователи русской политики задаются вопросом: есть ли у Путина проект? Являются ли действия Путина с момента его воцарения и до наших дней последовательной реализацией стратегического плана, с которым он шёл во власть? Который существовал в его сознании как логично развивающийся проект, как осознанный путь, ведущий его из пункта А в пункт Б? Где А — это разорённая разгромленная Россия, доставшаяся ему от Ельцина, а пункт Б — процветающее могучее государство, воплощающее традиционные черты русской цивилизации.

На первый взгляд, действия Путина могут показаться рефлекторными: это моментальные ответы на сиюминутные трудности или катастрофы. Однако действия эти последовательны, логически выстроены. Первичный хаос, в котором почти не обнаруживается черт государства, неуклонно преобразуется в жёсткий кристалл. И в его структуре уже видны черты государственного устройства России. Но является ли эта стройная последовательность, тщательно намеченная череда целей планом Путина? Он ли хозяин и творец плана? Или сам является частью этого плана, осуществление которого началось задолго до избрания Путина президентом?

Метафизика русской истории говорит нам, что с приходом Путина в Кремль обнаружили себя синусоида русского возрождения, выход России из чёрной дыры, обретение исторического времени, в котором разгромленная Россия вновь проявляет себя как государство. Дух, что вновь влетел в русскую историю, свет, который вновь пронзил тёмную ночь крушения, этот божественный дух нёс в себе проект очередного русского возрождения. Уже существовал изначальный замысел, по которому творец выстраивал государство российское: от краеугольных камней фундамента до купола, куда был заложен замковый камень, имя которому — Путин.

Русское возрождение как воля провидения предполагало неизбежность русской победы. Той удалённой поры, когда русская государственность будет воплощена во всей своей духовной и материальной полноте. Эта грядущая русская победа, словно путеводная звезда, светит нынешнему поколению людей в сумерках русской истории. Эта победа, как магнит, вытягивает на себя все нынешние деяния и свершения, объясняя их мнимую случайность и непоследовательность, соединяя их в ослепительный фокус грядущего торжества.

Путин движется на мерцающий блеск этой удалённой звезды. Так космический аппарат, оснащенный приборами звёздной навигации, захватывает в свой тайный зрачок мерцание удалённой звезды, сверяя с ней своё продвижение в космосе — в космосе русской истории.

Решив десяток проблем насущного государственного строительства, Путин поставил перед страной метаисторическую задачу.
Россия Ельцина являла собой обрубок, отсечённый от древа, черенок без корней и листьев с сухими почками, которые не питались могучими соками русской истории. Россия Ельцина, отсекая себя от советской истории, не умея прилепиться к истории Романовых, стремилась укорениться в заморской цивилизации Запада. Однако черенок не прививался. Соки, которыми Европа и Америка поили Россию, превращались в яды. Черенок отторгался, становился сухим стебельком.

Историческая задача Путина заключалась в том, чтобы срастить черенок ельцинской России с могучим древом всего предшествующего русского времени. Соединить рассечённый световод, чтобы историческая энергия с древних времён протекала сквозь все исторические периоды России. Сквозь киевско-новгородский, московский, петербургский, сквозь огненную красную эру питала хрупкий кристаллик новоявленного государства Российского. Антисоветизм ельцинского периода надлежало преодолеть не на уровне экономической и политической практики, а в метаисторической плоскости, где действуют не законы и социальные конструкции, а символы и образы.

Такими символами и образами являлись Государственный гимн и Государственный флаг России. Утверждая новый гимн России, который своей музыкой и словами напоминал гимн СССР, Путин на уровне образов и исторических метафор соединял два рассечённых периода.

Музыка своими бестелесными кодами переносила энергию великого красного времени в историю новой России, одухотворяла этой победной энергией скудный бездуховный объём скороспело создаваемого государства.

Путин вернул красное знамя Победы, эту священную хоругвь СССР, в число государственных символов новой России. Россия стала правопреемницей великой Победы, её вселенских мистических смыслов. И через это знамя соединилась с той мессианской задачей, ради которой был создан русский народ, ради которой народ сложил мессианскую русскую цивилизацию, ориентированную на райские небесные смыслы.

Трёхцветный государственный флаг, который Ельцин извлёк из архивов русской истории, флаг, вызывавший отторжение у травмированных народов России, стал наполняться новыми смыслами. Когда закопчённый, пробитый пулями, этот трёхцветный флаг взвился над дворцом Дудаева в Грозном во время первой чеченской компании, он стал флагом победы, добытой великой кровью, которую проливал народ, создавая своё государство. Так Путин ответил на вопрос, заключённый в стихах поэта:
Век мой, зверь мой, кто сумеет

Заглянуть в твои зрачки

И своею кровью склеит

Двух столетий позвонки?

ЖИВОТВОРЯЩИЕ РЕКИ

Соединив современное государство российское с минувшими временами, Путин предпринял непомерные усилия, чтобы соединить его с небом. Строительство церквей, восстановление разрушенных приходов, устроение новых обителей, возрождение русских святынь стало для Путина насущным делом. Ибо чёрный бездуховный ландшафт, сложившийся в России после девяносто первого года, где господствовали нигилизм, злоба, бессмыслица меркантильных афёр, этот ландшафт был абсолютно непригоден для будущего развития. Любой завод, построенный на этом ландшафте, любая лаборатория или университет мгновенно погружались в пучину ядовитого уклада. Воссоздание монастырей и церквей — это работа по созданию гигантской индустрии очистных сооружений, перерабатывающих чёрные зловонные отходы девяностых годов. Это строительство духовных фильтров, сквозь которые пропускается отравленная духовная среда обездоленного и обезумевшего народа.

Огромные заводы, о которых Путин говорил на закрытых совещаниях, цивилизационный рывок, что должна была совершить Россия после десятилетий отставания, невозможны без духовного очищения и духовной мобилизации, ради чего и возводились алтари. Каждый алтарь, каждый храм, каждый молитвенник, каждый насельник монастыря или скита, обращающий свои молитвы к Господу, прокладывает этими молитвами коридоры сквозь земную тьму в фаворскую лазурь.

Строит каналы, по которым высшая благодать стекает с небес на землю, орошая земную жизнь: семьи и школы, заводы и гарнизоны, министерства и банки. Над каждым алтарём, каждым молитвенником поднимается столб невидимого света, рассекающего тьму.

Церковное строительство, предпринятое Путиным, является гигантской духовной индустрией, великим проектом, о котором не говорят политики и экономисты. Среди русских лесов и озёр, среди поруганных и обнищавших селений возникли дивные монастыри, красота которых сравнима с памятниками мировой архитектуры. Макарьевский монастырь на Волге под Нижним Новгородом, построенный по законам золотого сечения, прекрасен, как Парфенон. Толгский монастырь под Ярославлем с фресками Страшного суда не уступает по красоте произведениям итальянского ренессанса. А Кирилло-Белозёрский у студёных вологодских вод! А Ферапонтов, с божественными фресками Дионисия! А Тихвинский монастырь с его русской готикой! А великолепный Боголюбский с могучей лучезарной святостью! А Дивеево с его огромными храмами, которые парят, не касаясь земли! А Оптина пустынь, где дышит дух божественных старцев!

Монастыри, возведённые при Путине, — это духовные крепости, заслоняющие Россию от тьмы духовной, которой не дано пересечь границы, очерченные монастырскими стенами.

Незримый духовный покров, который сияет над каждым алтарём, над каждым церковным куполом, сильнее противоракетной обороны, подобен Покрову Богородицы — небесной заступницы России.

Алтари, где дышит живое Евангелие, привносят в порченое бытие, в оглохший и ослепший мир идею божественной справедливости. Той, которой так не хватает русскому государству и по сей день. Справедливости, без которой государство, его вожди и правители оказываются отсечёнными от божественных замыслов, от райских смыслов, ради которых и созданы русская цивилизация, русский народ и русский человек, выполняющий всем народом и каждой отдельной жизнью великую заповедь построения справедливого, по небесным чертежам, бытия.

Все перечисленные действия Путина лишены случайности, рефлекторности. Совершаются не на потребу минуты. Они носят стратегический характер, свидетельствуют о том, что Путин обладает стратегическим замыслом. Мысленно прочертил весь путь из точки А в точку Б: из точки распада и тьмы в точку цветения и победы.

Но этот план не мог сложиться в сознании одного человека, будь он непревзойдённым стратегом или неповторимым лидером. Такой план может быть только навеян. Дан человеку как откровение. Привнесён в его судьбу светотворящим духом, который выстраивает государство российское после очередного крушения, выбирает для этого строительства личность вождя и правителя.

Путин — человек с мистическим опытом. Его мучила и продолжает мучить тайна, которая сделала его, незаметного офицера спецслужб, правителем величайшего в мире государства. Поместила в самый центр грандиозной космической русской цивилизации. Почему дана ему эта власть? Почему ему выпали эти судьба и доля? Что и какой ценой надлежит ему совершить? Эти вопросы он задаёт себе постоянно. Именно эти вопросы он задаёт монахам, духовидцам и богооткровенным старцам, каким являлся Иоанн Крестьянкин, что подвизался в Псково-Печерском монастыре — дивной обители, напоминающей горку расписных пасхальных яиц, лежащих на фарфоровой белой тарелке. Путин бывал у старца, долго беседовал с ним. О чём? Это осталось тайной, которую унёс с собой старец, погребённый в глухой пещере.

Келейница Иоанна Крестьянкина говорила, что, когда Путин покинул старца, тот, оставаясь в келье, плакал. И нельзя было понять, что значили эти прозрачные обильные слёзы: скорбь или радость? Как нельзя понять, чего больше в русской судьбе: горемычных скорбей или ликующей радости.

МАСКАРАД

Восемь лет кряду Путин провёл во власти. И за это время липкая лужа между трёх океанов, именуемая ельцинским национальным государством, затвердела, подморозилась, в ней появилась структура, появились все признаки, делающие антропомассу народом, а бесформенное социальное скопление — государством. Теперь, когда государство существовало, когда им можно было управлять, двигать им в потоках русского времени, оставалось начать развитие. Устремить Россию вперёд, преодолеть чудовищное отставание, перевести страну на новый цивилизационный уровень. Были необходимы новые заводы, новые научные и культурные школы, новая этика, определяющая отношения между собой человека и человека, человека и государства, мегамашины индустрии и природы.

За восьмилетку у Путина скопились деньги — гигантский объём нефтедолларов, который поставлял в казну «Газпром», этот имперский доильный аппарат, сквозь стальные соски которого двигались на Запад нефть и газ, а в казну — нефтедоллары.

Этому развитию не суждено было состояться. Истёк второй срок пребывания Путина во власти. Идти на третий срок и, продолжая оставаться в Кремле, пустить маховик развития, было невозможно. Этому препятствовала Конституция, принятая на крови мучеников девяносто третьего года. Деидеологизированная, детище демократов, она, тем не менее, оставалась столпом государства, пилить который было безумием. Патриоты, содействовавшие Путину в его государственных устремлениях, уповавшие на развитие, требовали от него остаться на третий срок, нарушив несовершенное конституционное уложение. Партия третьего срока воздействовала на Путина посулами, угрозами, предсказаниями катастроф.

Однако он не внял проповедникам из «партии третьего срока». Он сберёг Конституцию ценой ощутимых личных потерь и сберёг государство. Сокол русской истории, летящий в небе исторического русского времени, остановился, превратился в пустельгу, трепещущую на одном месте своими зыбкими крыльями. Часы русского времени встали. Кремлёвские куранты замерли. Был дан ход операции "Маска" — остроумной, рискованной, быстротечной, но единственно возможной.

Путин сложил с себя президентские полномочия и стал премьер-министром, отдал свою власть Медведеву. Преемнику, которого тщательно выбирал, проверял и исследовал, подвергал утончённым унизительным тестам, всматривался сквозь множество светофильтров. Так когда-то Березовский, Чубайс и Ельцин тестировали самого Путина. То тестирование оказалось неудачным.

Теперь такой же риск сопутствовал операции "Маска". Когда не избранный, а назначенный президент Медведев был только ширмой для властного Путина, был маской "домино" в мучительном и опасном карнавале. Где одни неторопливо надевали карнавальные маски, а другие их тут же сбрасывали. Карнавал продолжался четыре года, и это были самые опасные годы в истории новой России и в судьбе Владимира Путина.

Случился чудовищный, не предсказанный алхимиками и звездочётами Высшей школы экономики кризис. Кризис сметал остатки промышленности, хрупкие, наспех возведённые сооружения новой экономики и индустрии. Банковская система проваливалась в пропасть, и чтобы её спасти, Путин истратил весь запас сбережённых нефтедолларов, огромное, тщательно сберегаемое богатство, которое предназначалось для развития. Эти деньги одной своей частью ушли в песок кризиса, другой были разворованы банкирами и оказались за пределами России, а третьей спасли банковскую систему, весь экономический уклад. И Россия, пройдя сквозь мели и рифы кризиса, уцелела.

Случилась краткосрочная российско-грузинская война. Всё ещё слабая, измотанная кризисом Россия провела свою армию сквозь Рокский туннель и вырвалась в Закавказье. Русские самолёты подавили грузинскую ПВО, создаваемую усилиями натовских и израильских офицеров. Русские танки появились на окраине Тбилиси. Русские пограничники заняли позиции на границе между Грузией и Абхазией, Грузией и Южной Осетией. Это была первая авангардная имперская война новой России, война пятой империи. Россия вырвалась из геополитической ловушки, куда её затолкал Ельцин, пронзила Кавказский хребет и вышла на оперативный простор Закавказья.

Этим был брошен вызов НАТО, дерзкий и исполненный рисков. Американский флот вошёл в Чёрное море, и пронатовская Украина заблокировала выход из Севастопольской бухты. Русские корабли прорывались под прицелом украинских орудий. Крым стал местом противостояния России и Украины. Алгоритм конфликта был таков, что в результате могла вспыхнуть региональная, а быть может, мировая война. Путин пошёл на этот конфликт, демонстрируя имперскую волю и державную интуицию.

Медведев, формально исполнявший должность Верховного главнокомандующего, транслировал военные указы Путина, был всё той же маской с чертами грозного полководца. Патриотическое сообщество отрицательно относится к Медведеву, считает его марионеткой, унизительно исполняющей чужую властную волю. Медведев, собравший вокру

ПОДЕЛИТЬСЯ
Александр Проханов
Проханов Александр Андреевич (р. 1938) — выдающийся русский советский писатель, публицист, политический и общественный деятель. Член секретариата Союза писателей России, главный редактор газеты «Завтра». Председатель и один из учредителей Изборского клуба. Подробнее...