ОЦЕНКА СИТУАЦИИ И ПРОГНОЗ НА БУДУЩЕЕ

«Я уже говорил и для вас повторю ещё раз: я считаю, что наши партнёры и из Соединённых Штатов, и из европейских стран действовали на Украине грубо, незаконными методами, подтолкнули антигосударственный переворот и создали в нашем понимании угрозу для фундаментальных интересов Российской Федерации, и не только в сфере экономики, но и в сфере безопасности. Потому что за этим антиконституционным переворотом (а мы об этом хорошо слышали) последовали предложения лишить национальные меньшинства прав на использование своего языка, о вступлении в НАТО, а значит, возможном размещении и войск НАТО, и ударных ракетных комплексов, и систем противоракетной обороны. Это реально создало бы для нас абсолютно новую ситуацию и побудило к определённым действиям, в том числе к действиям, связанным с поддержкой стремлений народа Крыма присоединиться к Российской Федерации. Мы считаем, что с нами пытались разговаривать с помощью силы и что мы, именно действуя в такой логике, дали адекватный ответ. Надеюсь, что это никогда, ни при каких обстоятельствах и нигде больше повторяться не будет».

В. Путин на встрече с редакторами западных информагентств в рамках Санкт-Петербургского форума

События на Украине и волна антироссийской политики Запада, нагнетаемая Соединёнными Штатами, поставили на повестку дня фундаментальный вопрос о дальнейших путях развития мирового сообщества и мировой экономики. Всем объективным экспертам совершенно ясно, что именно Вашингтон инициировал очередную революцию и свержение законной власти в Киеве. В отличие от прежней «оранжевой» революции, организованной без насилия, на этот раз госпереворот был проведен явно насильственным способом с опорой на неофашистские политические силы, которые и стали определять политическое содержание киевской хунты. Её легитимизация путём проведения «выборов» на фоне карательной операции против юго-востока Украины закрепляет на ближайшую и среднесрочную перспективу антироссийское содержание формирующегося под полным контролем США «нового украинского государства».

Судя по нарастающей агрессии против населения юго-востока Украины, стратегия США сводится к провоцированию российско-украинского вооружённого конфликта с его последующей интернационализацией и созданием на границе с Россией расширяющейся воронки хаоса и насилия с целью дестабилизации политической ситуации в России. Эта дестабилизация во внешней политике принимает характер конфронтации России с НАТО и их союзниками в мире с целью её международной изоляции и ослабления. Во внутренней политике расчёт делается на рост недовольства деловой и политической элиты вследствие применения персональных санкций, а также на рост недовольства населения по причинам ухудшения качества жизни, связанного с экономическими санкциями.

По сути, развязанная США и ЕС гражданская война на Украине направлена исключительно против России с целью её ослабления и разрушения, с одной стороны, и подчинения американскому влиянию широкого круга стран на антироссийской основе — с другой. Это типичное поведение страны-лидера на нисходящей фазе длинной волны и векового цикла накопления, которая стремится сохранить своё доминирующее положение ценой ослабления и подчинения конкурентов. В англосаксонской геополитической традиции привычным способом такого ослабления является развязывание мировой войны.

При прохождении низшей точки предыдущей длинной волны США развязали холодную войну, следствием которой стала гонка вооружений в космосе, стимулировавшая становление информационно-коммуникационного технологического уклада, опережающий рост которого с 80-х годов прошлого столетия обеспечил два десятилетия подъёма американской экономики. Этот подъём изрядно был подпитан ресурсами и капиталами с постсоветского пространства после распада СССР, надорвавшегося в гонке вооружений. Распад СССР изрядно поддержал американскую экономику вывозом около триллиона долларов капитала, утечкой сотен тысяч умов, множества передовых технологий, поставками плутония и других ценных материалов.

Прохождение низшей точки позапрошлого «длинноволного» цикла сопровождалось милитаризацией экономики и катастрофой Второй мировой войны. Эта катастрофа обеспечила США гигантские преимущества за счёт стягивания интеллектуальных, научно-технических и финансовых ресурсов разорённой Европы. В то время как Европа горела, США наращивали свой производственно-технологический и финансовый потенциал, позволивший им по завершении войны стать безусловным гегемоном западного мира.

За цикл до этого была развязана Первая мировая война, завершившаяся крахом Российской империи, следствием чего также стало перекачивание её гигантских интеллектуальных, культурных и валютных ресурсов в США. Это позволило американской экономике встать вровень с ведущими европейскими странами.

Таким образом, в переломные моменты структурных кризисов мировой экономики, обусловленные сменой технологических укладов, США использовали войны в Европе в качестве ключевой технологии перехвата, а затем и сохранения лидерства за счёт разорения основных конкурентов и высасывания из них интеллектуальных, финансовых, научно-технических и сырьевых ресурсов. Историкам хорошо известна ключевая роль Англии и США в развязывании всех мировых войн, включая холодную войну с социалистическим лагерем. И сегодня фактическая оккупация Украины спецслужбами США означает развязывание новой мировой войны, которую США хотят, как обычно, локализовать на Европейском континенте, стравив вначале Украину с Россией, а затем втянув в эту воронку нарастающего хаоса ЕС и Ближний Восток.

Навязываемая нам американцами война является «имперской», так как имеет целью сохранение сложившегося «однополярного» миропорядка и создание окончательной формы «мирового правительства». В этом США мешают в первую очередь РФ и КНР. Развязывание этой войны происходит сейчас не по вине действий Москвы. В Украине Запад пытается ослабить русские стратегические позиции, выступая под личиной некеого арбитража, на деле же это осмысленная линия имперского давления США против России и других государств, не подчиняющихся гегемонистскому диктату.

Как и полагается в войнах современного типа, «пушкам» положено молчать до некоего «часа Х», когда слаженная машина провокаций через агентуру спецслужб, диффамаций через глобальные масс-медиа и финансово-политических санкций через госструктуры и ТНК, включая крупнейшие банки, доведёт страну — объект агрессии до состояния полураспада и невозможности нанести ответный военный удар, то есть беспомощной и беззащитной жертвы. Все эти грани положения нашей экономики и исследуются в ниже приведённом докладе, осуществлённом группой экспертов «Изборского клуба».

Войны современного типа: провокации—диффамации—санкции

Со времен советской «перестройки» так было везде и всегда: от Югославии до Сирии. Нынешние претенденты на мировое господство довели практически до максимальной степени совершенства впервые опробованную Гитлером тактику «блицкрига», когда войска вермахта только довершали уже фактически сделанное «пятой колонной» дело. Впрочем, тогда схема дала сбой: сначала в Югославии, а затем — и окончательно — в Советском Союзе.

Сегодня на Западе широкое распространение и большую популярность имеют разного рода параллели, сравнения и аналогии между гитлеровской Германией и путинской Россией. Как представляется, происходит это по двум взаимосвязанным причинам: самооправдания и самоуспокоения. Первое позволяет представить свою агрессию против России как «борьбу против мирового зла», а второе — убедить себя в том, что возмездие за такую агрессию принципиально несправедливо, а потому и невозможно.

В то же время для многих акторов современной политики — как суверенных государств, так и иных образований — благодаря этому конфликту и противостоянию агрессии Запада Россия становится одной из главных надежд на перемены. Не только потому, что у России есть серьёзный силовой и экономический потенциал, а её роль на современных энергетических и военно-технических рынках весьма значима, — но прежде всего потому, что наша страна в лице своего политического руководства демонстрирует понимание ситуации и силу духа, фактически действуя не только за себя, но и за всех «униженных и оскорблённых» мира сего.

Дополнительные проблемы для России в развернувшемся конфликте создают три взаимосвязанных обстоятельства.

Первое из них — это глобальный системный кризис неолиберальной модели мировой экономики (американоцентричной по форме и олигархически-финансово-силовой по содержанию), внешние проявления которого были заторможены неистовой денежной эмиссией и силовой экспансией Запада последних пяти лет. Тем не менее кризисные явления в экономике продолжают нарастать. Пирамиды деривативов, долгов и неравенства становятся всё выше, грозя катастрофическим обрушением. Это делает их владельцев всё более агрессивными, понуждая их к захвату всё новых и новых, всё больших и больших ресурсов на удержание финансовых пирамид от саморазрушения. Россия как наиболее богатая ресурсами, но малонаселённая и многонациональная страна стоит первым номером в списке на ресурсные изъятия. А это значит, что разворачивающаяся против нас война ведётся на уничтожение России как суверенного государства.

Второе обстоятельство — это очевидный дисбаланс объектности, субъектности и проектности самой России. В объектном отношении, как уже было отмечено выше, наша страна является уникально богатой: на территории в 14% от территории Земли обитают менее 0,5% её населения и сосредоточен почти полный набор природных ресурсов, составляющий сегодня около 40% мировых запасов. По уровню ресурсообеспечения со средним жителем России нельзя сравнить жителя ни одной другой страны мира, включая нефте- и газоносные страны Ближнего Востока.

Однако использование этих ресурсов ведётся крайне неэффективно и не в интересах развития национальной экономики. В стране перерабатывается меньшая часть добываемых природных ресурсов, от половины до 90% ценного сырья вывозится, при этом значительная часть экспортной выручки также оседает за рубежом. Россия производит слишком мало товаров и услуг, слишком зависит от внешнеэкономической конъюнктуры. Несмотря на многочисленные призывы первых лиц государства к диверсификации экономики, её переводу на инновационный путь развития, она становится всё более моносырьевой. Это свидетельствует о том, что политическая субъектность России, потерпевшая крах в 90-е годы ХХ столетия, не восстановилась окончательно. Процесс субъектной реабилитации после острого периода перестройки и рыночных реформ, по сути, только начался и весьма далёк от завершения.

Базисные конструкции действующей политико-экономической модели России, построенной на приватизации советского наследства компрадорско-криминальной прослойкой в 90-е годы, имеют следующие характерные черты.

Олигархичность. Крупные корпорации реализуют интересы узкого круга лиц, которые присвоили себе управление ими вследствие сопричастности к государственной власти. При этом в 1990-е годы государственная власть была сама крайне зависима от Запада, вплоть до контроля кадровых назначений спецслужбами США. Неудивительно, что взращенные на приватизации государственной собственности и власти олигархи прошли «прописку» в западных центрах. Вывозя прибыль и свои семьи за рубеж, они оставляют в стране бедность и безысходность. Нарастает антагонистическое противоречие между властвующей олигархией и народными массами.

Согласно данным социологических опросов, существующие различия в доходах и статусе слишком большими считают 83% жителей страны. Наряду с этим две трети наших сограждан полагают несправедливой сложившуюся в стране систему распределения собственности. Аналогичная доля населения убеждена в том, что люди не получают достойного вознаграждения за свой труд. При этом более половины россиян (54%) последнее утверждение относят и к себе лично, полагая, что их навыки, способности и квалификация оплачиваются недостаточно.

Вторичность или внешняя зависимость. Не имея собственных источников долгосрочного инвестирования и кредитования, несмотря на наличие огромного положительного сальдо торгового баланса, страна и её основные корпорации полностью замкнуты на мировую финансовую систему (включены в неё как внутренний элемент на правах донора), заложив значительную часть стратегических активов под западные «дешёвые» кредиты. В эту систему встроен Банк России и вся российская маломощная банковская система, выполняя подчинённую функцию и играя по правилам чужого западного клуба (например, «большой тройки» рейтинговых агентств, для которых Россия, судя по уровню присвоенных ей рейтингов, уже страна-изгой).

Самоедство. Сложившийся механизм общественного воспроизводства характеризуется неэквивалентностью внешнеэкономического обмена, в котором теряется значительная часть национального дохода. Следствием вывоза капитала за рубеж становится финансирование развития инженерной и социальной инфраструктуры (в том числе науки, образования и медицины) по «остаточному принципу». При высокой норме сбережений объём инвестиций меньше необходимого для простого воспроизводства. Эта модель обеспечивает экономическую базу пораженчества и воспроизводства «трофейной элиты» как мнимого системного субъекта, расколотого по групповым и корпоративным интересам.

Еще хуже обстоит дело с системной проектностью России. Отказ от советского проекта и попытка встроиться в глобальный проект Запада привели к тому, что собственной ясной позитивной программы для себя и для всего мира у современной России пока нет. Президент Путин косвенно демонстрирует её, защищая традиционные ценности и отстаивая национальные интересы, а также интересы человечества в борьбе с американской агрессией. Однако претендовать на глобальное лидерство и даже обеспечить национальную безопасность в рамках сырьевой специализации, неэквивалентного внешнеэкономического обмена и внешней финансовой и технологической зависимости принципиально невозможно.

Наконец, третье из негативных обстоятельств — отсутствие у России союзников. Еще Александр III констатировал, что у России только два союзника — русская армия и русский флот. Но в условиях глобализации считать такое положение нормальным нельзя. Тем более — сегодня, когда Россия фактически в одиночестве оказалась перед сплочённой и хорошо организованной стаей западных хищников во главе с Соединёнными Штатами Америки. На нас многие в мире надеются, но помогать не собираются. Между тем существующий мировой порядок невыгоден подавляющему большинству стран, в которых проживает большинство человечества, включая крупнейшие развивающиеся страны.

Как и Россия, Китай, Индия, Иран, страны Латинской Америки теряют от неэквивалентного внешнеэкономического обмена, обусловленного финансовым доминированием США, присваивающим глобальный эмиссионный доход. Из этого следует, что укрепление и развитие отношений с Китаем, а также с другими странами БРИКС и третьего мира в целом является абсолютно необходимым для современной России. Пока, однако, противостоять коллективной западной агрессии наша страна, как во времена Наполеона и Гитлера, вынуждена в одиночку. Для объединения стран, заинтересованных в изменении миропорядка на началах справедливого и взаимовыгодного обмена, взаимного уважения национального суверенитета России нужна интегрирующая идея. Такой может стать идея евразийской интеграции.

УКРАИНА КАК ПОВОД И КАК ПРИМЕР

Как показывает динамика событий на Украине, «сдача» олигархами политического руководства страны есть вопрос технический, если компрадорская модель хранения и воспроизводства их капиталов на Западе не демонтирована. Олигархия по сути своих интересов является компрадорской, так как в условиях открытости экономики неизбежно втягивается в глобальный процесс оборота капитала, контролируемого США и их союзниками. Американские спецслужбы могут блокировать счета и замораживать активы, а также вводить иные санкции в отношении любых лиц в большинстве стран. При этом чем богаче и влиятельнее эти лица, тем больше они контролируются американскими спецслужбами, развернувшими сеть глобальной слежки во всех странах мира. В случае возникновения конфликта той или иной страны с интересами США последние посредством шантажа вынуждают олигархов подчиниться своей воле вопреки национальным интересам и требованиям общественной безопасности.

Показательным примером является государственный переворот в Украине, организованный США с опорой на украинских олигархов, включая близких к Януковичу. Причиной стал весьма робкий и далеко не окончательный отказ Януковича от навязываемой Украине ассоциации с ЕС в качестве колонии. Этот отказ создавал возможность выбора украинского руководства в пользу евразийской интеграции как основной стратегии выхода «Большой России», то есть сообществ и территорий, исторически связанных с собственно русской цивилизацией, из глобального системного кризиса.

Объединение России в рамках евразийской интеграции (Таможенного союза) с Белоруссией и Казахстаном на Западе ещё готовы были, скрепя сердце и скрипя зубами по поводу «попыток возрождения советской империи», как-то стерпеть и признать. Но движение в ту же сторону и Украины — нет, прекрасно понимая, что при этом произойдёт качественный переход, способный изменить положение «постсоветского пространства» как донора глобальной либерально-монетаристской экономической модели, навязанной США большинству постсоциалистических государств с «переходной экономикой».

Не имея никаких рациональных аргументов в пользу «евроассоциации» Украины, США и их союзники задействовали на территории формально суверенного государства как политическую и экономическую «агентуру влияния», так и прямых наёмников, чтобы захватить власть в Киеве и вместо развития взаимовыгодного сотрудничества между Украиной и государствами Таможенного союза ввергнуть эту страну в состояние политического хаоса, социально-экономического коллапса и гражданской войны с элементами геноцида по этническому признаку («Москаляку — на гиляку!», «Русских — на ножи!» и другие лозунги Евромайдана), возложив ответственность за всё это на «имперскую Россию».

Попытки России воспрепятствовать реализации этого сценария блокировались США раздуванием оголтелой русофобии в мировых СМИ, обвинениями в оккупации украинской территории и на фоне открытого вмешательства стран НАТО во внутренние дела Украины вплоть до организации государственного переворота и насильственного захвата власти американскими агентами. Россия смогла защитить от оккупации США только Крым, тут же получив от стран НАТО обвинения в его аннексии. Результатом этой американской агрессии на постсоветском пространстве стали следующие негативные для России последствия.

Геостратегическое усиление позиций США и НАТО, получивших в лице киевской хунты абсолютно управляемого и настроенного категорически против России сателлита.

Ухудшение отношений между Россией и странами ЕС — прежде всего, Германией, — которые теперь «повязаны» США пролитой в Украине во время и после Евромайдана кровью. Сокращение объёма поставок российских энергоносителей в Европу. Угроза продовольственной и технологической безопасности РФ.

Потеря высокотехнологичного сектора украинской промышленности, работавшего в тесной кооперации с российскими предприятиями («оборонка», космос, криотехнологии и т.д.).

Активизация «пятой колонны» внутри самой России под лозунгом «Смогли в Киеве — сможем в Москве!».

Усиление террористической угрозы для России — к «исламским» террористам добавляются и совместно с ними готовы осуществлять направленные против России теракты экстремисты из числа ультранационалистических украинских организаций, финансируемых из американских источников.

Частично эти угрозы были купированы благодаря умелым действиям российского руководства по принятию Крыма и активизации сотрудничества с Китаем. Консолидация российского общества в поддержку действий президента России происходила на фоне активизации американской агентуры, перебравшейся из России в Украину. Ее наиболее влиятельные медиаперсоны прошлых лет (Савик Шустер, Евгений Киселёв etc.) развернули в Украине оголтелую антироссийскую и антипутинскую пропаганду в рамках кампании информационного террора, развязанной против нашей страны.

Кризис в Украине — «момент истины» для России

Однако на фоне украинских событий произошла и консолидация российского общества вокруг базовых ценностей патриотизма, социальной справедливости и антифашизма. Перед угрозой чуть ли не полного физического уничтожения русскоязычной Украины и создания государства-врага на месте бывшей братской республики возник определённый и ещё неустойчивый консенсус между властью и обществом, который всегда был источником силы нашей страны.

Этот источник единения власти и общества, государства и народа снова вышел на поверхность как естественная реакция на угрозу национальной безопасности и правильные действиям президента России, защитившего народ Крыма от истребления путём воссоединения с Россией, которые получили общенародную поддержку. В зависимости от последующей политики главы государства этот источник может либо дать начало полноводной и быстрой реке русского развития, либо снова уйти «под землю», что ослабит российское государство, для которого наступил «момент истины».

САНКЦИИ ЗАПАДА И «ПЯТАЯ КОЛОННА» В РОССИИ

Введение США и частью их союзников по НАТО режима санкций против России ознаменовало переход развёрнутой США войны против России в открытую фазу. Пока в экономической плоскости, на которой строится социально-политическая стабильность и обороноспособность страны. Тем самым Россию пытаются загнать в сужающийся «коридор возможностей» для ослабления и последующего подчинения в целях усиления доминирующего положения США и их союзников по НАТО.

Западные санкции включают в себя практически полный спектр инструментов экономического, политического и информационного давления на Россию, начиная с её правящего слоя (в широком толковании включая сюда не только политические, но и региональные, и бизнес-элиты) и завершая обществом в целом. Во-первых, они касаются российских активов, находящихся в юрисдикции США и их союзников и подвергающихся угрозе конфискации. Во-вторых, отзываются предоставленные западными банками кредиты и сворачиваются инвестиции. В-третьих, власти США и их союзники по НАТО принуждают к продаже активов в России и выводу капитала за рубеж. С этим частично связан всплеск «бегства капиталов», которое в 2014 году может превысить 100 млрд долл. В-четвёртых, затрудняются международные платежи и снижается суверенный кредитный рейтинг РФ, приостанавливаются многие совместные с западными корпорациями экономические проекты, сворачивается внешняя торговля: российские товары и услуги не покупаются, западные не продаются).

Всё это, вместе взятое, должно, по замыслу инициировавших санкции США, привести к экономической рецессии, снижению жизненного уровня, росту социального недовольства и политическому протесту в России, который американские спецслужбы намерены использовать для смены её политического руководства при помощи «пятой колонны» компрадорской олигархии и её интеллектуальной прислуги. Весьма показательно, что «либеральное крыло» в российском истеблишменте не считает нужным реагировать на агрессию США в Украине и западные санкции в отношении России. Они втягивают российское руководство в тактику непротивления, которая погубила Югославию, Ирак, Ливию и ряд других стран, руководители которых так и не решились на ответные удары против агрессоров, до самой смерти надеясь на «общечеловеческие ценности».

Чтобы подтвердить эту позицию, в Институте экономики переходного периода сразу провели блиц-исследование, согласно которому перейти от импортных комплектующих и сырья на отечественные аналоги сегодня готово не более половины российских предприятий, но это якобы повысит себестоимость продукции сразу на 20—60%. А вторая половина без импорта вообще работать не сможет. Это уже не говоря об импорте продовольственных товаров, который обеспечивает потребности России на 40%, а Москвы и Санкт-Петербурга — почти на 80%. Иными словами, отказ от импорта невозможен, а следовательно — невозможен и отказ от доллара, потому что без долларов никто ничего нашей стране продавать не будет. Такая вот «железная» логика[1] западной агентуры в российском истеблишменте.

Продолжая эту логику, можно сделать вывод, что Россия не может существовать иначе, чем как колония США и ЕС. Компрадорской олигархии и их интеллектуальной прислуге жилось в этих условиях в 90-е годы вполне комфортно — они ощущали себя хозяевами жизни, паразитируя на неэквивалентном внешнеэкономическом обмене между закабалённой Россией, с одной стороны, и Вашингтоном, Лондоном и Брюсселем — с другой. Прикрываясь либертарианскими догмами, сторонники колонизации России западным капиталом не устают твердить о беспомощности России и её неспособности к самостоятельному развитию.

Конечно, об износе основных фондов, прогрессирующем технологическом отставании, низкой конкурентоспособности и сырьевой специализации российской экономики, опасности её перехода на иностранную технологическую базу ответственные учёные-экономисты не устают повторять с самого начала «рыночных реформ». До сих пор их призывы оставались гласом вопиющего в пустыне. Достаточно сказать, например, что импорт по статье «продовольственные товары» с 1995 по 2011 год увеличился с $13,5 млрд до $42,5 млрд, то есть более чем в 3 раза, а по статье «машины, оборудование и транспортные средства» — с $15,7 млрд до $146,6 млрд, то есть в 9,5 раза.

Вместе с тем негативные тенденции прошлых лет не доказывают безнадёжность попыток вывести российскую экономику на путь модернизации и самостоятельного развития. Если приглядеться повнимательнее, то окажется, что для России по итогам 2013 года основными товарными группами с объёмом импорта свыше 10 млрд долл. в год были легковые автомобили, лекарственные средства и запасные части для автомобилей. «Второй эшелон» импорта представлен телефонными аппаратами, компьютерами и комплектующими, летательными аппаратами, мороженым мясом, кузовами для автомобилей, электрогенераторной техникой и бульдозерами — то есть такими товарами, производство которых вполне можно наладить в России в нужных масштабах и в приемлемом ценовом коридоре даже сегодня.

Ещё менее страшной выглядит ситуация в финансовом секторе. Когда Россию пугают финансовыми санкциями, возникает надежда на прекращение порочного круга неэквивалентного внешнеэкономического обмена, в котором российская финансовая система теряет ежегодно около 100 млрд долл. Применение санкций поможет России освободиться от роли донора мировой финансовой системы и сохранить для собственного развития значительную часть капитала, утекающего за рубеж. За счёт этого можно добиться полуторакратного увеличения объёма инвестиций в развитие российской экономики.

Таким образом, применение экономических санкций создаёт стимул для наращивания инвестиций в модернизацию и развитие российской экономики за счёт сокращения оттока капитала и перехода на внутренние источники кредита. Для этого нужно как можно скорее выйти из догматики «вашингтонского консенсуса», до сих пор удерживаемой «пятой колонной» в качестве основы макроэкономической политики. В сложившихся условиях продолжение пребывания России в этой самоубийственной экономической модели может иметь чрезвычайно тяжёлые последствия.

ЧТО ДЕЛАТЬ?

Какой же может быть альтернативная «вашингтонскому консенсусу» модель внутреннего политико-экономического развития страны, адекватно сопряжённая с внешней обстановкой и внешней политикой государства Российского?

Ниже характеризуются некоторые ключевые элементы этой альтернативы, ориентированной на реализацию стратегии опережающего развития, которая основана на сочетании имеющихся конкурентных преимуществ и механизмов концентрации ресурсов на приоритетных направлениях роста нового технологического уклада. Следует заметить, что на построение этой модели России отводится не очень много исторического времени, которое определяется продолжительностью периода смены доминирующих технологических укладов, до завершения которого остаётся 2—3 года. После завершения структурной перестройки экономики передовых стран на основе нового технологического уклада мировая экономика выйдет на новую длинную волну экономического роста, и России придётся довольствоваться ущербной моделью догоняющего развития.

Определяя основные требования к ориентированной на национальные интересы модели опережающего развития, необходимо сразу отметить её несовместимость с родовыми травмами российского капитализма: олигархическим доминированием, офшоризацией, долларизацией, поляризацией доходов, криминализацией экономики и коррумпированностью госаппарата. Кроме того, НОВАЯ РАЗВИВАЮЩАЯ МОДЕЛЬ (далее — НОРМО) должна обеспечить соблюдение очевидных требований, предъявляемых к экономике обществом и государством:

— конституционные нормы социального государства, включая цели повышения уровня и продолжительности жизни населения, снижения безработицы;

— провозглашенные руководством страны задачи осуществления модернизации и новой индустриализации экономики, перевода её на инновационный путь развития;

— целевые ориентиры, установленные Указом Президента РФ от 7 мая 2012 года «О долгосрочной государственной экономической политике»[2];

— поставленные в посланиях президента Федеральному собранию задачи структурной перестройки экономики, ее деофшоризации и демонополизации, обновления промышленности, создания механизмов долгосрочного кредитования производственной деятельности, усовершенствования налогово-бюджетной политики, всемерного развития экономической интеграции на постсоветском пространстве.

Для выполнения этих требований государство располагает механизмами налогово-бюджетной и денежно-кредитной политики генерирования и распределения ресурсов, распоряжения своей собственностью и регулирования использования частной собственности. Возможности первого ограничены уже принятыми решениями, из которых наиболее спорным является резервирование нефтяных доходов в резервном фонде. Их использование в целях поддержки инвестиционной и инновационной активности позволило бы поднять норму накопления в полтора раза, выведя её на уровень установленных президентом целевых показателей. Расходование бюджетных средств на цели развития здравоохранения, образования и науки

ПОДЕЛИТЬСЯ
Сергей Глазьев
Глазьев Сергей Юрьевич (р. 1961) – ведущий отечественный экономист, политический и государственный деятель, академик РАН. Советник Президента РФ по вопросам евразийской интеграции. Один из инициаторов, постоянный член Изборского клуба. Подробнее...