Надо самим оценивать конкурентоспособность, а не глядеть в «кривые зеркала» западных рейтингов

22.09.2012
Известный экономист Андрей Кобяков о недовольстве Дмитрия Медведева тем, что Россия занимает низкое место в рейтинге глобальной конкурентоспособности".

Во-первых, Медведев говорит почему-то о чиновниках, в то время как рейтинг конкурентоспособности, прежде всего, — это состояние экономики и бизнеса страны. Здесь есть элемент когнитивного диссонанса. Сам Медведев все время подчеркивает свой либерализм, соответственно, роль государства в экономических процессах склонен преуменьшать. В то же время, он ратует за то, чтобы «эффективные менеджеры» приходили в систему государственного управления в качестве чиновников. Здесь что-то не увязывается.

Во-вторых, если вопрос конкурентоспособности ставить как государственную задачу, в конце концов, дело упирается в выработку ключевых принципов государственной политики, а вовсе не завязан на чиновников «средней руки». По большому счету, вопрос процентных ставок в экономике, доступности кредита, бюджетной поддержки, государственно-частного партнерства, подготовки кадров, вообще стратегического видения развития России — это вопрос, который решается на министерском уровне или на уровне руководителей федеральных служб, но никак не на уровне каких-то абстрактных «эффективных менеджеров». Потому что количество позиций, которые действительно формируют государственную политику, достаточно ограничено. Ничего не стоит таких людей подыскать для того, чтобы проводить уже грамотно составленную на министерском уровне политику. Упрек Медведева напоминает разговор о том, что мешает плохому танцору танцевать. Непонятно, к кому этот упрек обращен.

Что касается самого рейтинга, то разного рода рейтингов много. Есть рейтинг Всемирного банка об условиях ведения бизнеса, в котором Россия занимает 120-е место и находится ниже Нигерии. Вопрос, какова методика этих рейтингов. Есть определенные формальные критерии, какие-то экспертные оценки, которые могут быть не корректны в силу субъективизма и т.д. Стремиться как-то выглядеть в рейтингах — не вполне нормальная ситуация, потому как в рейтингах страна может выглядеть хорошо, но при этом ничего хорошего в действительности там может не быть. Ведь между действительной ситуацией и рейтингом нет прямой корреляции. Армения, например, по условиям ведения бизнеса на 57-м месте, а Россия на 120-м. Я не думаю, что существует какая-то существенная разница в условиях ведения бизнеса в Армении и России, однако количество желающих вести бизнес в Армении гораздо меньше тех, кто желал бы открыть бизнес в России.

То же самое касается рейтингов конкурентоспособности. Не знаю, о каком именно рейтинге говорил Медведев, но известен подобный, делавшийся в Швейцарии институтом, который возглавлял господин Джеффри Сакс, бывший советник Российского правительства при Ельцине, один из разработчиков политики «шоковой терапии». Во-первых, сам Джеффри — личность известная, во-вторых, в этом рейтинге на первом месте конкурентоспособности оказался Гонконг, который, на самом деле является посреднической экономикой. И что, нам следует ориентироваться на страну, которая почти ничего не производит, а тем не менее в глобальном рейтинге оказывается по конкурентоспособности на первом месте? Причем это не страна даже, а административный район Китая!

Здесь все, мне кажется, вывернуто наизнанку. Многих наших политических деятелей больше всего заботит: «Как я выгляжу в зеркале». А ведь это зеркало может быть кривым, и проблема может быть в самом зеркале, а не в нас. Поэтому на рейтинги не надо обращать внимания, а надо реально оценивать конкурентоспособность. И вот, если говорить о реальной конкурентоспособности, она действительно низкая и возможна в ограниченных сферах. Но это результат не того, что у нас нет «эффективных менеджеров», а результат экономической политики за последние 20 лет, когда мы угробили собственный технологичный сектор, когда растеряли преимущественные технологические наработки, когда российская обрабатывающая промышленность производит в расчете на душу населения добавленной стоимости всего 1200 долларов, в то время как в странах с развитой промышленностью, таких как Германия, например, этот показатель на порядок больше, в размере 15000 долларов.

Эта проблема никакими «эффективными менеджерами» на чиновничьих креслах не решается. Это тот самый мусор в головах, который давно пора смести какой-то метлой. Если наш премьер расстроен этим рейтингом, то я расстроен комментариями нашего премьера по поводу рейтинга. Честно говоря, это означает, что при такой рефлексии нет надежды на изменение ситуации к лучшему. Опять мы пытаемся в зеркале подретушировать морщинки, выщипать брови. Надо смотреть вглубь себя, а не пытаться соответствовать какому-то изображению в кривом зеркале. Проблема решается не там, где ее пытается решить наш премьер.

Есть такой анекдот. Какой-то подвыпивший мужчина ночью, под витриной ювелирного магазина что-то шарит. Милиционер спрашивает его, что он тут делает. Тот отвечает, что потерял кошелек и теперь ищет его. Они полчаса вместе ищут кошелек. Не находят. Милиционер спрашивает, точно ли на этом месте гражданин потерял кошелек? «Да нет, — отвечает тот. — Потерял я его во дворе, но тут искать светлее». Так вот, кошелек надо искать там, где его потерял, а не там, где светлее. Мы не там ищем кошелек! И это, к сожалению, проблема, которую я наблюдаю уже 20 с лишним лет. И меня это тоже расстраивает, так же, как нашего премьера расстраивает какой-то рейтинг конкурентоспособности.