Тактика против стратегии

Михаил Делягин

перспективы внешней политики РФ упираются в проблемы внутренние

В этом году Валдайский форум был посвящен проблемам войны и мира. Оттолкнувшись от борьбы с терроризмом в Сирии российские и зарубежные политологи, встречаясь с ключевыми российскими политиками, размышляли о закономерностях и глубинных изменениях мировой политики.

Однако внешняя политика — всего лишь продолжение политики внутренней. Ее нельзя анализировать, в частности, без изучения социально-экономической политики страны, создающей человеческую, культурную и хозяйственную базу для ее действий на международной арене.

Поэтому В.В.Путин, выступая на Валдайском форуме, говорил и о социально-экономической проблематике.

В предельно четкой и ёмкой форме он выразил точное понимание стратегических закономерностей современного мира: технологии, интеграция, культура.

"Тень, знай свое место!"

Прежде всего президент России подчеркнул принципиальную значимость перехода к новому технологическому укладу: он указал, что "в основе всего" лежит не просто абстрактный "рост экономики", но именно ее развитие "на новой технологической базе".

Вероятно, предвидя уже начинающееся с подписанием соглашения о транстихоокеанском партнерстве разделение глобальных рынков на макрорегионы, В.В.Путин подчеркнул, что для России "будущее, …безусловно, в развитии отношений с нашими …ближайшими соседями, партнёрами и союзниками по таким организациям, как Евразийский экономический союз, ОДКБ (Организация Договора коллективной безопасности); с такими соседями, как Китайская Народная Республика; конечно, с такой великой страной, как Индия". Весьма характерно, что о развитии отношений с ведущей против России экономическую войну Европой президент России сказал в ритуальном порядке, уже завершая перечисление, а о США с характерной оговоркой "если, конечно, наши партнеры этого захотят" помянул и вовсе в самый последний момент, уже после исламского мира.

Это качественно новая система координат для всей российской элиты, до последнего времени делившейся на стремящихся слепо подчиняться Западу и быть его дрессированными младшими менеджерами, с одной стороны, и на желающих сотрудничать с ним относительно на равных, но зато любой ценой, даже насильно, даже вопреки собственным интересам, с другой.

Простым порядком перечисления президент России внятно сказал: "Тень, знай свое место", — не только Западу как таковому (выразив при этом относительно большую заинтересованность в Европе), но и его агентам в российском политическом классе.

Назвав преимуществом России высокую долю мусульманского населения, благодаря чему "мы можем быть связующим звеном между многими нашими партнёрами и исламским миром", президент России подчеркнул исключительно важную для современного развития роль культурного фактора.

Однако, в отличие от стратегических факторов внешней политики, описание В.В.Путиным её тактических факторов, то есть социально-экономической политики, произвело пугающее впечатление.

В плену либерального бреда 90-х

Совершенно справедливо указав, что экономический кризис переживает не только Россия, но и весь мир, подчеркнув незначительный вклад в наши трудности кредитно-инвестиционной блокады Запада (сокращенно именуемой "санкциями"), президент назвал "самым важным фактором" наших экономических проблем "падение цен на традиционные товары… экспорта".

Этот популярный в либеральном клане подход игнорирует тот факт, что девальвация рубля и паническое бегство частных капиталов из России начались еще в январе 2014 года — при цене нефти более 105 долл/барр (и до начала санкций).

Приведенное в качестве признака диверсификации экономики снижение доли нефтегазового сектора с 14 до 9% ВВП без соответствующих оговорок выглядело как следствие двукратного удешевления нефти. Сравнение же с моноотраслевыми экономиками Саудовской Аравии и Венесуэлы, не претендующими на диверсификацию и заведомо не сравнимыми с Россией по технологическому развитию, выглядело странно, производя впечатление сознательной дискредитации президента какой-то частью его аппарата.

Большой резонанс получило заявление "считаю обоснованными утверждения тех …специалистов и членов правительства, которые считают, что пик кризиса пройден". Да, спад ВВП замедлился c 4,6% в августе до 3,8% в сентябре, в III квартале впервые за долгое время был зафиксирован хоть и небольшой, но приток частного капитала, инфляция снижается, а получивший дополнительные доходы от инфляции и девальвации федеральный бюджет августа и сентября сведен с профицитом (о чем ни Минфин, ни правительство Медведева в целом, похоже, не сказали президенту).

Но реальные причины кризиса — убивающие экономику коррупция, монополизм и принципиальный отказ либеральной части правительства и Банка России от развития ради поощрения спекулянтов — никуда не делись.

Статистика IV квартала будет лучше из-за "эффекта базы": в III квартале кризисная реальность сравнивалась с относительно благополучной ситуацией прошлого года, а в IV квартале будет идти статистически более выигрышное сравнение кризиса с кризисом.

Но в декабре России предстоит последний пик выплат по внешнему долгу — 24 млрд.долл., что втрое превышает фоновый уровень; прошлый, значительно меньший пик выплат привел к августовской девальвации рубля. Поскольку Банк России не будет тратить свои резервы (по крайней мере, вне биржи или на согласованные покупки в рамках биржи — это противоречит либеральным догмам), нас ждет новая девальвация, и, соответственно, всплеск инфляции, умеряемой сейчас только нищетой россиян.

Падение инвестиций (а основная часть сократившегося импорта — именно инвестиционный), уровня жизни и текущего потребления (в сентябре — более чем на 10%) россиян — лишь внешнее выражение той финансовой катастрофы, на грань которой поставила российскую экономику чрезмерно жесткая финансовая политика в стиле 90-х годов. Так, если в феврале-апреле 2015 года сальдированный финансовый результат российских организаций (кроме малого бизнеса, банков, страховых компаний и бюджетных организаций) превышал прошлогодний в 1,9-2,8 раза, то в мае он оказался ниже прошлогоднего на 9,8% — и это в номинальном выражении, без учета влияния инфляции (не говоря уже о девальвационном эффекте!) В июне отставание от прошлого года составило 20,0%, а в августе сальдированный финансовый результат, неуклонно снижавшийся с апреля, достиг ничтожных 127,2 млрд.руб. — 8,2% от максимального мартовского результата (1.547,1 млрд.). В результате отставание от августа 2014 года составило 4,4 раза.

Это наглядно отражает удушение экономики чрезмерно жесткой финансовой политикой и превращение России в рай для спекулянтов под предлогом борьбы с инфляцией.

Выделение бюджетных средств "особо пострадавшим отраслям промышленности и строительства" не переломит негативных тенденций, закладываемых денежно-кредитной политикой, ввергающей Россию в жесточайший "денежный голод".

"Стабилизация национальной валюты" при помощи ухода Банка России с валютного рынка и принципиального отказа от валютного регулирования стимулирует спекулянтов и носит крайне неустойчивый и временный характер.

О степени грамотности либеральных экономистов, в духе которых было выдержан ответ президента на вопрос по конкретным аспектам социально-экономической политики, свидетельствует, что они даже не знают, что валютные запасы правительства являются частью международных резервов России, о которых отчитывается Банк России! Как говорили в 1997 году про Ельцина, "президента опять подставили".

Если судить по выступлению В.В.Путина, в России будет продолжена макроэкономическая стабилизация по рецептам МВФ, приведшим нас к катастрофе 1998 г. и политическому кризису 1999 года, — ужесточением финансовой политики и демонетизацией экономики до ее полного разрушения и, соответственно, дестабилизации страны.

Чудовищный опыт десятков стран мира и самой России, похоже, будет игнорироваться и дальше, — до срыва в системный кризис.

Похоже, президента старательно ограждают от понимания того, что все развитые страны на этапе зрелости их финансовых систем, соответствующих нынешнему состоянию России, жестко и бескомпромиссно, хоть и разными способами, отделяли спекулятивные деньги от денег реального сектора, — собственно, потому они и стали развитыми. Это непременное условие развития, так как иначе деньги реального сектора неминуемо будут уходить на спекулятивные рынки, как это было в России в 90-е годы и как это возобновляется сейчас. В наиболее рыночной стране мира — США — соответствующее ограничение было отменено лишь в 1999 году.

Однако пока не видно даже намека на категорическую необходимость реализации этого основополагающего принципа (позволяющего начать целевое кредитование развития экономики и через это повысить уровень ее монетизации).

И политические последствия этого уже налицо.

Даже в условиях беспрецедентной, почти 90%‑ной поддержки политики В.В. Путина его социально-экономическую политику, как показывают данные интернет-опроса (несмотря на понятную ограниченную репрезентативность этого жанра), поддерживают лишь менее 13%. Более 61% выступают против неё, а 18% придерживаются поразительной конструкции, призванной спасти их уважение к президенту: мол, В.В. Путин "не имеет отношения к социально-экономической политике, осуществляемой сейчас в России". Однако ясно, что эти люди также не поддерживают либеральную политику в стиле 90‑х, направленную, по сути дела, на их уничтожение, на доведение их до отчаяния, майдана и поддержки государственного переворота форме в той или иной "цветной революции". Без решительной смены этой политики, обслуживающей интересы глобального бизнеса против интересов России и ориентированной на поощрение спекуляций при подавлении развития, без начала модернизации, без приведения нашей социально-экономической политики в соответствие нашей политике внешней нашу страну ждёт Смута, грозящая самому её существованию

Завтра 29.10.2015
ПОДЕЛИТЬСЯ
Михаил Делягин
Делягин Михаил Геннадьевич (р. 1968) – известный отечественный экономист, аналитик, общественный и политический деятель. Академик РАЕН. Директор Института проблем глобализации. Постоянный член Изборского клуба. Подробнее...