Нужно старательно затаскивать китайские инвестиции в европейскую часть России

Михаил ДелягинМихаил Делягин

М.ДЕЛЯГИН: Здравствуйте, дорогие друзья! Меня зовут Михаил Делягин, я экономист. Хочется воскликнуть словами Страшилы из «Волшебника Изумрудного города»: ура-ура, я снова-снова с Элли! Ура-ура, я снова-снова с вами! И чтобы вы не слишком сильно этому радовались, давайте начнём с голосования. Дело в том, что у нас есть некоторая новость. Я сам не знаю, как к ней толком относиться, поэтому в данном случае я просто хочу узнать ваше мнение. Китайские коллеги заявили о готовности, строго говоря, сделали предложение, не факт, что оно из тех предложений, от которых можно отказываться, о переносе на территорию России, на территорию Дальнего Востока и, может быть, не только его, предприятий 12 отраслей промышленности. То есть, это не какие-то там отдельные инвестиции и развитие новых производств – это именно перенос значительного количества предприятий целых отраслей. Понятны плюсы, понятны минусы. Ну, скорее всего, это не акт экономической агрессии – это акт отчаяния, потому что китайцы, бурно развиваясь с конца 70-х годов, с начала 80-х, если быть более точными, смотрели на наш Дальний Восток, и, в общем, смотрели в ужасе. Потому, что если ещё даже в начале 80-х годов наш Дальний Восток был значительно более развит, чем сопредельные китайские территории, то потом на торговле с нами, в том числе на эксплуатации наших природных ресурсов соответствующая часть Китая расцвела. Напротив наших городов вместо крошечных деревенек и хуторов появились мегаполисы, появились высотные дома, появилась современная жизнь. Дошло до того, что наши пенсионеры ещё в 90-е годы начали сдавать свои квартирки на нашем берегу, переезжать на китайский берег Амура, потому что там было дешевле, комфортнее, безопаснее и понятнее, чем у нас. Сейчас на территории Китая постоянно проживают порядка 100 тысяч россиян, несмотря на культурный разрыв. Мы все понимаем, что, и китайцы об этом говорят очень много, китайские специалисты, и очень откровенно, они говорят: господа, ну, когда же вы начнёте себя развивать? Есть как бы возмущение, которое проявляется во всяких сборниках статей, типа «Китай сердится», когда люди, которые живут в условиях перенаселения, которые живут в условиях жесточайшего дефицита ресурсов, не могут не возмущаться тем, как варварски, и как бесхозяйственно используются наши богатейшие природные ресурсы через границу от них. Естественно, это вызывает всякие не очень желательные для нас настроения. Но проблема в том, что источником этой беды являемся, если не мы, то, во всяком случае, наше государство. И вот китайцы отчаялись, они уже четверть века слушают наши замечательные разговоры о том сейчас-сейчас-сейчас, сейчас на Дальнем Востоке всё расцветёт, заколосится, начнёт развиваться, и никакого результата нет. И вот от отчаяния они сделали нам предложение о переносе 12 отраслей на нашу территорию. Значит, те, кто считают, что да, это хорошо, нужно поддерживать это руками и ногами и делать всё для китайцев, чтобы они перенесли нам предприятия 12 отраслей на территорию Дальнего Востока, +7-495-134-21-35. Те, кто считают, что это опасно для нас, и что этого делать не надо, и что нужно пытаться развивать Дальний Восток как-то своими силами, +7-495-134-21-36. Это, с моей точки зрения, для китайцев – акт отчаяния. Они действительно не альтруистичны, но их стратегическое отношение к нам заключается в том, что Россия должна быть надёжным стратегическим тылом великого Китая в его противостоянии с США, цитирую близко к тексту. И в этом отношении для них нужно, что Россия была развитой страной, а не деградирующей и разрушающейся. И, когда они смотрят через границу, всё строго по Радищеву, «душа моя страданиями человечества уязвленна стала». С другой стороны, мы все понимаем, что разговоры наших чиновников и китайские обещания о том, что будут соблюдаться все экологические нормы – это, скорее всего, разговоры. О том, как китайский бизнес соблюдает экологические нормы, можно посмотреть в самом Китае. При жесточайшем регулировании, которое существует там, а у меня знакомы под Челябинском, у него любимое развлечение: он своих китайских друзей приглашает в гости, кормит их, поит, и, когда они доедят вкуснейшие овощи, которые его жена готовит, он говорит, а вы знаете, эти овощи, которые вы только что съели, специально в вашу честь я лично купил и китайских торговцев на нашем рынке, чтобы вы кушали своё. И с наслаждением наблюдает за реакцией этих китайцев, потому что там идёт такая химизация, что они под Челябинском снимают, правда, в теплицах, три урожая в год, а то и больше. Понятно, что это химия, которая, в общем-то, производит впечатление предельно опасной. С другой стороны, на Дальнем Востоке, благодаря эффективной политики, начавшейся ещё Горбачевым, а дальше либеральной экономической политики наших разного рода деятелей, там наблюдается достаточно скверная ситуация, потому что там происходит обезлюживание. Люди бегут оттуда, сломя голову. На самом деле и при советской власти там была достаточная серьёзная атмосфера, когда люди жили там всю жизнь и всю жизнь же собирались домой на большую землю. И мысль о том, что их дом не там, где когда-то они провели своё детство и юность, а их дом там, где они жили 20-30 лет, часто просто не посещала их головы. Когда же жизнь на Дальнем Востоке стала крайне тяжёлой и практически невыносимой, люди оттуда побежали, и, насколько я могу судить, бегут и сейчас. И все трепыхания российского чиновничества о том, что вот мы создадим министерство, мы сделаем программу, мы будем там гектары раздавать людям, уже раздают, вроде бы, которые когда-то были землёй сельхозназначения, а сейчас это заросшие 25-летними берёзками поле, а то уже и часть тайги – это всё не работает, потому что это всё в пользу бедных. Знаете, как мой любимый анекдот. Милый, ты меня любишь, или это пиар? Так вот, дорогая, успокойся, это пиар, не надо дёргаться. И у китайцев стиль ведения бизнеса, они осуществляют инвестиции, но они осуществляют инвестиции, в том числе для демографической разгрузки своей территории. И вместе с инвестициями приезжают китайские рабочие, которые потом там, по условиям соглашения, остаются работать. То есть, это экспорт рабочей силы, это экспорт населения, а, если учесть, что Китай – это не там, где граница, а там, где живут китайцы, по китайской же поговорке, то это экспорт Китая вместе с инвестициями. И здесь всё складывается. С одной стороны, нет наших рабочих, в принципе нет как категории, как класса. И, более того, там почти нет нашего населения. А, с другой стороны, инвестиции, то есть, кто-то должен это строить, кто-то должен там работать, и понятно, что там будет в значительной степени китайское населения. Вопрос, а почему вы думаете, что Сибирь будет принадлежать России, когда больше половины населения Сибири станут составлять китайцы, мне в Китае задавали не раз, и не два. И ответ на этот вопрос у меня, честно говоря, нет, кроме того, что мы мультинациональная, мультиконфессиональная страна, и, пока доля русских в нашем населении превышает 80 процентов, разговор на эту тему является в значительной степени безопасным. Но и не полностью безопасным даже сейчас. Напомню, что, по международным критериям, мононациональная страна – это страна, в которой титульная нация составляет 80 процентов или больше. Мы, по международным критериям, являемся моно национальной страной, чтобы мы сами про себя ни думали, чтобы мы сами про себя ни писали в своих законах, в своей Конституции. Против объективной реальности пока ещё не попрёшь, но её можно изменить. Кстати, проблема китайцев, вернее, проблема белорусов, которые очень хотели привлечь китайские инвестиции, но так у них в итоге и не получилось, заключалась именно в населении, именно в том, что вместе с инвестициями они должны были обязательно принять и китайских рабочих на постоянное жительство. И это реальная проблема. С одной стороны, правительство, возглавляемое не просто либералом, а лидером «Единой России» господином Медведевым… Мне тут вчера объяснили, что, оказывается, я был не прав, думая, что лидером «Единой России» является товарищ Путин, а Медведев просто руководитель, оказывается, президент страны уже довольно долго к «Единой России» отношения формального не имеет или почти не имеет. Но это лирика. И вот правительство Медведева, понятно, что оно может прыгать, оно может скакать, надувать щёки на ширину плеч, оно может даже принимать какие-то решения, обеспечить развитие оно не в состоянии. Оно экспериментально. Я могу думать всё, что угодно, я могу строить любые гипотезы, почему, есть ли здесь злой умысел, или это идеология, или это беспомощность, вообще, что это такое, но люди экспериментально доказали результат, что обеспечивать развитие они не в состоянии, тем более, на Забайкалье, тем более, на Дальнем Востоке. Там, где я служил, в Приморском крае, там не просто казармы выкорчевали полностью, там фундаменты казарм вытащили из земли по кирпичику. Там остались только уже засыпавшиеся ямы. У меня знакомые лет 10 назад попали в Забайкалье, и они, естественно, помнили, что Хрущёв там вкопал танки в три ряда в землю в качестве укреплений. И они решили посмотреть на наши замечательные ИС-2 и ИС-3, которые там вкапывали. И их местные читинцы привезли смотреть эти укрепления. Сами читинцы были в шоке, когда они обнаружили, что все эти танки, которые там вкопаны в качестве укреплений, давным-давно были вывезены на металлолом, судя по всему, в Китай. Так что вопрос у нас стоит прямой. Нам нужно привлечь китайские предприятия? Нам нужно принять китайское предложение о переносе предприятий на Дальний Восток аж 12 отраслей ради того, чтобы было хоть какое-то развитие? Кто считает, что нужно, звоните +7-495-134-21-35. Кто считает, что не нужно +7-495-134-21-36. Давайте примем звоночек. Пожалуйста, вы в эфире!

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте! Дмитрий, Москва. Вы знаете, отношения однозначное. С одной стороны, Китай, если вспомнить, год назад где-то выходил с предложением на правительственном уровне забрать эти земли. Сейчас они пытаются уже ассемблированием якобы. Вы помните этот законопроект, чтобы сейчас дать землю иностранцам с условием принятия российского гражданства? Они уже пойдёт к анклавам именно с этой целью. И перенесут все эти предприятия.

М.ДЕЛЯГИН: Понятно. Спасибо большое, Дмитрий! Вы знаете, я понимаю, что есть проблема разных часовых поясов, но я бы лучше услышал людей из Владивостока, потому что 10 лет назад, когда я разговаривал с, так называемыми, сибирскими автономистами, которые рассказывали, какая страшная колонизаторская политика ведётся проклятой Москвой, я говорю: ребят, ну вы поймите, что, если вы не будете отдавать свою хорошую нефть даром плохой Москве, вы будете эту нефть продавать очень хорошему Китаю за хорошие деньги. На этом разговор заканчивался. А уже лет 5 назад образ Китая, восточной Сибири, Забайкалья для многих был уже более привлекателен, чем образ России. Даже то, что мы сейчас услышали, это всё-таки московский взгляд. Я понимаю, что мы радио «Говорит Москва» и всё остальное, это касается не только Москвы, это касается всей России. Давайте ещё один звоночек.

СЛУШАТЕЛЬ: Добрый день! Меня Геннадий зовут. Моё мнение такое. Государство изначально должно прописать закон, что на этих предприятиях должно работать не менее 70-80 русских людей. Ну, и обучаться на этих предприятиях. В любом случае специалистов в этих отраслях у нас, наверняка, нет. И эти предприятия не должны наносить экологический урон.

М.ДЕЛЯГИН: Понятно. Спасибо большое! Единственное, всё-таки, наверное, мы будем делить людей не по национальности, а по гражданству, по культуре, в том числе, это очень важно. Но здесь было сказано очень важное слово про образование. Это очень важно, потому что, если мы будем, позволим продолжить уничтожение образования, то совершенно не важно, какие решение кто в Москве будет принимать. Мы останемся не только без Дальнего Востока, мы останемся без Садового кольца. Мы останемся безо всего, потому что люди, уничтожающие своё образование, превращают себя и своих детей в обезьян. И, к сожалению, мы по этому пути зашли уже очень и очень далеко. Давайте ещё одни звоночек примем. Вы в эфире, говорите!

СЛУШАТЕЛЬ: Добрый день, Михаил! Вадим, Подмосковье. Я жил 10 лет на Дальнем Востоке, на Сахалине, и эта земля для меня не чужая, но что я боюсь. Китай, конечно, абсолютный враг в этом плане, он такой скрытый мягкий враг, особенно, если учитывать психологию китайцев. С ними невозможны никакие договорённости. Я знаю это по своему опыту. И второе. Я думаю, что наше правительство сейчас не знает, что делать, вцепится за эту змеи, как говорится, чтобы выплыть.

М.ДЕЛЯГИН: Спасибо! Да, утопающий хватается не за соломинку. Как правило, он хватается за змею. Насчёт того, что с китайцами невозможна никакая договорённость, нет, возможна, просто нужно понимать специфику их культуры. Договорённость с китайцем должна учитывать его интерес, и нужно понимать, что китаец будет реализовывать свой интерес. Просто мы не умеем понимать их систему интересов, к сожалению. Поэтому развитие китаистики, синологии – это одно из фундаментальных направлений, которое у нас должно быть, и с которым дела обстоят у нас почти так же плохо, как и с токарями, слесарями, фрезеровщиками. Здесь люди пишут, что сибирскую магистраль при царе строили китайцы. Не только сибирскую. 150 тысяч кулий было завезено на строительство мурманской дороги, в Романов на Мурмане из Санкт-Петербурга, который сейчас называется Мурманском. И колчаковцы потом расстреливали китайцев в Сибири не то что без суда и следствия, не то что, не спрашивая имени, а просто за то, что они китайцы. Даже не считая их. Ну, памятники Колчаку некоторые безумные люди у нас в стране ставят, слава, тебе, господи, не за это, а за то, что наряду с китайцами точно так же расстреливали и русских. Я честно скажу: я очень люблю Китай. Я очень люблю Китай как культуру, как пример государственного управления, потому что они взяли советскую модель и слегка адаптировали к своей культуре. Я стараюсь у них учиться, когда можно. Меня там любят, по крайней мере, меня там принимают с большим удовольствием, и я очень хорошо отношусь к Китаю. Но, если мы будем безумны, то мы действительно Китай из стратегического партнёра превратим в своего могильщика. Не во врага – у китайцев нет такого понятия. Они живут ради своей выгоды. Но, если вы ослабнете, то из-за стола переговоров с китайскими коллегами вы переместитесь им в тарелку. Вы этого сами не заметите, вы этого не ощутите, пока вас не начнут кушать. Некоторые, как показывает практика других стран, не ощущают, даже когда их уже начинают кушать. Возвращаясь к новостям. Вы знаете, тут пишут: Александр, Москва, 37 лет, общался с кассиршей в «Перекрёстке» у экспоцентра «Москва-сити», говорила, что китайцы покупают очень много шоколадок, потому что нравится, а алкоголь не берут. Ну, во-первых, это, может быть, московские китайцы, и, во-вторых, у китайцев проблема реальная в России – они здесь спиваются. Обычный китаец, не интеллигент, не топ-менеджер, а обычные китайцы. Потому что в Китае среди прочих рациональных вещей очень грамотная ценовая политика в части алкоголя. Люди ценами поощряются пить лёгкие спиртные напитки. Скажем, пиво у них значительно менее алкогольное, чем у нас. А водка стоит относительно дороже. А у нас, с точки зрения алкогольной эффективности, всё наоборот. У нас, если вы выбираете алкогольную эффективность, вы должны пить не лёгкий напиток, приятно беседуя со своими друзьями, поедая много разнообразной еды, оживляя тем самым экономику, и нанося умеренный вред своему здоровью, а у нас чем больше градусов, тем лучше. И они переходят на нашу структуру потребления алкоголя. Мы от неё уже уходим, слава богу, а они начинают много пить водки – это реальная проблема для китайской диаспоры и для китайского государства. Они любят не только своих, у них есть много разных категорий людей в других странах, которых они любят – это и эксперт, так называемый, мудрец, и многое-многое другое. И меня порадовал в части российской экономики американский инвестиционный банк Goldman Sachs, очень авторитетный. Он ухудшил прогноз по росту ВВП России в 2016 году с полутора процентов до полпроцента. Слушайте, а люди серьёзные, авторитетные, умные, грамотные всерьёз предполагают, что при либеральном правительстве Медведева, при либеральной социально-экономической политике, при Набиуллине во главе Банка России у нас в этом году будет экономический рост. Я не знаю, может, они послушали мою позапрошлую передачу и другие аналогичные передачи. Действительно в феврале у нас было улучшение статистики, причём такое, что оно, судя по всему, ввергло в недоумение даже Росстат. Но источников экономического роста даже на полпроцента у нас сейчас, к сожалению, в силу проводимой социально-экономической политики просто физически нет. Поэтому, когда с нами начинают разговаривать, желая нас уязвить, что вот у вас экономический рост будет меньше, чем прогнозируется, ха-ха-ха, посмотрите на эти русских, какие они убогие, ну, это свидетельствует о неадекватности современной западной аналитики, как, впрочем, и в прошлом. Когда Бродского когда-то спросили, что вас больше всего поразило в Америке, он сказал: меня больше всего поразило в Америке, что по-английски можно сказать глупость. А вот я все 90-е годы, общаясь с разного рода американскими и в целом западными специалистами по российской экономике, когда я попал в Америку, меня больше всего потрясло, что по-английски про Россию можно сказать не глупость. И эта крайне поверхностная, крайне убогая аналитика даже со стороны самых авторитетных западных структур и прозападных людей в России, она потрясает, поражает воображение, ну, да, и придаёт некоторую уверенность в собственных силах, потому что приятно почувствовать себя умным. Вернёмся после перерыва. Я зачитался, очень интересны ваши комментарии. Мне понравилась идея, что не надо китайских инвестиций на Дальний Восток, где они теоретически нам могут быть опасными, а необходимо приглашать китайские инвестиции в европейскую часть России. Это действительно очень правильный, очень рациональный ход, но мы обсуждаем вопрос всё-таки другой. Мы обсуждаем предложение в лоб, и обсуждаем его тоже в лоб, которое было сделано. Те, кто считают, что нужно схватиться руками и ногами за китайское предложение перенести на Дальний Восток предприятия 12 отраслей китайской промышленности, звоните +7-495-134-21-35. Те, кто считают, что вреда от этого будет больше, чем пользы, этого делать не надо, и нужно пытаться действовать самим, +7-495-134-21-36. Я говорю так громко, потому что мне сказали, что я говорю шёпотом, что меня не слышно, я вообще почувствовал себя Шамилем Басаевым, которому Виктор Степанович Черномырдин говорит: Шамиль Басаев, говорите громче! Очень интересны, повторюсь, ваши комментарии. «Чтобы понять, что станет с Дальним Востоком при пришествии китайцев, достаточно зайти в ТЦ «Москва» в Люблино, и спросить, как быстро оттуда сбежали индусы, когда пришли китайцы». Я даже не знал, что там были индусы, я их там, честно говоря, никогда не замечал, но, наверное, невнимательно смотрел. Значит, коллеги, если ваши сообщения случайно дублируются, хорошо, может быть, но, сели вы забиваете всю ленту более чем двумя одинаковыми сообщениями, я вас цитировать не буду ни при каких обстоятельствах из принципа. Если уж вы ругаетесь, то пользуйтесь русским языком грамотно. Неграмотные выражения, личные оскорбления Набиуллиной, основанные на её фамилии, я не буду зачитывать, потому что человек не виноват в том, что у него такая фамилия. Человек виноват в том, что он делает. И имбецил пишется через «е», а не через «и». «Это диверсия, это экологический геноцид». Ну, коллеги, давайте будем исполнять наши законы, и никто не окажется в состоянии разрушать нашу природу, ни свои, ни чужие. Пока что в реальности экологические законы, по-моему, последнее, что соблюдается нашим государством. «Можем ли мы пригласить северных корейцев для развития Дальнего Востока?». Рабочие из Северной Кореи работают на нашем Дальнем Востоке с 70-х-то годов точно. Там целые леспромхозы северокорейские, они живут внутри себя по корейским законам, там большая дисциплина, и о жизни Северной Кореи… Вчера люди говорили, что я поддаюсь либеральной пропаганде и какие-то не те слова сказал про Северную Корею, так вот. На лесоповале на Дальнем Востоке в тайге северные корейцы, рабочие, прибавляют в весе. «Что там с Глазьевым?» Нормально с Глазьевым, помощник президента, работает, всё у него в порядке. «Русский человек привык жить независимо от государства». Да, русский человек привык жить независимо от государства, но в государстве и в одностороннем симбиозе с этим государством. «Вот тут у людей сотрудник приехали из Хабаровска три года назад, потому что там не платят зарплаты, и невозможно жить. У нас не с китайцами проблема, у нас с негативным естественным отбором профессионалов проблема». Это правда, уважаемый таксист, в этом вы абсолютно правы. У нас идёт целенаправленное истребление профессионалов, именно потому что профессионалы, ассоциируя себя со своим делом, крайне негативно относится к стремлению либералов уничтожить всё, что только есть, и стремлению разворовать всё, что есть. Поэтому они являются объективными противниками либеральных реформ, и реформ «Единой России». И, когда мы видим какие-то реформы, то первое, с чего начинается реформа, с изгнания всех профессионалов, будь то реформа земли, электроэнергетики, железных дорого и так далее. По личному опыту, пишет Варвара, большинство недовольных – никчёмные бездельники. Ну, вы знаете, если вы общаетесь с бездельниками, то да, большинство недовольных будут никчёмными бездельниками. Но, если вы пойдёте общаться с профессионалами, и поспрашиваете у профессионалов, что они думают про государственную политику в их сфере, то, как правило, вы узнаете много интересного. Может быть, даже узнаете некоторые новые слова. И вот в связи с этим возникает законный вопрос: а где на Руси жить хорошо? И вот новостная лента даёт нам этот ответ исчерпывающий: прибыль российских банков в первом квартале этого года подскочила в 18 раз. Фанфары. То есть, у нас идёт резня банковского сектора, у нас в прошлом году закрыли 93 банка, в первом квартале этого года закрыли 26 банков, то есть темпы роста закрытия банков нарастают. По прогнозу Сбербанка, около 10 процентов российских банков в этом году потеряют лицензию, и это возможно, если темп закрытия барков резко сократится. Но при всём этом совокупная прибыль растёт очень бурно. Вот, ради чего существует российская социально-экономическая политика. Прибыль банков нарастает. Банки являются главными бенефициарами того, что сейчас происходит с Российской Федерацией. Ну, может быть, не главными, но одними из основных. И ужас ситуации не в том, что я там не люблю банкиров, или кто-то не любит спекулянтов, а банковская система, как и весь финансовый сектор – это посредник, который выполняет функцию обслуживающую. Да, в Америке по-другому, и проблемы Америки связаны именно с этим. Но в США, как в грамотно устроенном государстве, банки имеют гипертрофированное развитие, потому что это инструмент захвата контроля над остальным миром, это инструмент экономической экспансии. И США гипертрофированное развитие банковского развития выгодно, потому что они осуществляют экспансию по всему миру, они весь мир подчиняют американским интересам. А когда нам начинают объяснять, что вы должны выбирать между колбасой и величием, как в конце 80-х, то это ложь, это заведомо ложный выбор, потому что нет другого способа обеспечить себе колбасу, кроме величия, к сожалению. Американцы это понимают, а в отношении нас наше начальство старается, чтобы мы это забыли. И у нас наши банки – это не инструмент глобальной экспансии России, а сугубо спекулятивный посредник, который должен знать, как тень у Шварца, своё место. И когда эту тень наши банки забывают, то это большая трагедия. И, к сожалению, наше государство практически всю поддержку экономике ориентирует так, что она оказывается поддержкой не столько экономики, сколько нашего банковского сектора. В первые годы кризиса это было так и открыто, а сейчас, когда, например, рассказывают про поддержку сельского хозяйства, тактично умалчивают, что поддержка заключается не столько в развитии инфраструктуры сельского хозяйства, которому, кстати, никакое ВТО не помеха, а заключается в субсидировании банковского процента за счёт федерального бюджета. То есть, под видом поддержки сельского хозяйства, в первую очередь, поддерживаются банки. Государственный Россельхозбанк не очень злоупотребляет, а многие другие всё-таки пользуются этим делом. Но, возвращаясь к нашей экономике в целом, совершенно замечательное высказывание. Я вот начал с экспертов, о которых не знаешь, что сказать, хочется сказать хорошее, но как-то язык не поворачивается. Очень авторитетный человек в России Олег Вьюгин, который работал и в правительстве, и в Банке России, и, в общем-то, является крайне уважаемым человеком в нашем финансовом секторе, сказал потрясающую фразу, которую я не могу не воспроизвести близко к тексту. У нас сейчас маленький дефицит бюджета, 0,9 процента ВВП по итогам первых двух месяцев на фоне трёх процентов ВВП, которые мы можем себе позволить в течение года. И он сказал потрясающую фразу, он сказал, что да, государство закрывает этот дефицит, но, вы знаете, государство закрывает дефицит, но при этом не продаж валюты на валютном рынке Банком России, и это значит, что государство закрывает дефицит эмиссионным финансированием, которое недопустимо и грозит инфляцией и всеми-всеми бедами. Это говорит вполне внятный, вполне серьёзный, вполне уважаемый человек, которые, как выясняется из его слов, не понимает нескольких элементарных вещей. Ну, например, Банк России может не продавать валюту на рынке, не потому что он её не продаёт, на самом деле рынок учитывает чистые продажи, официальная статистика учитывает, конечно, и валовые продажи, но главное – это чистые продажи. И Банк России может что-то продавать на валютном рынке, но, если в стране есть избыток валюты, например, в силу удорожания нефти с 27 до 40 долларов за баррель, то приток валюты в страну и продажа валюты субъектами экономики может быть больше того объёма, который продаёт Банк России, чтобы эмитировать рубли в экономику. Второе, что не менее важно. У федерального бюджета есть, конечно, валютные резервы, в том же самом резервном фонде, в фонде национального благосостояния, и мы справедливо негодуем по этому поводу, из-за того, что наши деньги налогоплательщиков идут на поддержку не нас, а на поддержку государств, которые совершенно не скрывают враждебного к нам отношения. Но у Минфина есть резервы не только валютные, есть резервы и рублёвые, и что мешает Минфину покрыть дефицит бюджета не из эмиссии, которые Минфин не имеет возможности осуществлять, а из наших же денег, которые он заморозил у себя на счетах, но, о, ужас, не в валютной форме, а в рублёвой. Там, по-моему, полтора триллиона рублей свободных валяются, от одного до полутора триллионов рублей всегда валяются в рублёвой форме на счетах Минфина в не используемых остатках по официальной отчётности Минфина. Я понимаю, что уважаемые аналитики, даже из финансового сектора могут не читать отчётов Минфина, раз уж наши министры, как показывают заявления Кудрина, когда он был министром, сами не всегда свою отчётность читают. Тем не менее, это некоторый нонсенс, и возникает ощущение такой западной пропаганды – лишь бы любую глупость сказать, любую околесицу, лишь бы чем-то попытаться уязвить Россию. Ну, и на фоне состояния дел с американским истеблишментом, где будущий президент США госпожа Клинтон, только с пятой попытки ей удалось войти в метро, они не могла справиться с турникетом на проход, когда такие люди вот-вот могут возглавить США, в общем-то, понятны эти эмоции уважаемых коллег американцев. Возвращаемся, Телефон для эфира +7-495-73-73-948. СМС +7-925-8888-948. Принимаем звоночек. Вы в эфире!

СЛУШАТЕЛЬ: Добрый день, Михаил! У нас в Китае друзья живут, те, которые переехали ещё в 90-ые годы, раньше они тут были нищими, а теперь, представьте себе, средний класс. Китайцы трудолюбивые, мы с ними работали с мужем в Дубне, жили в одном общежитии. Трудолюбивые, патриотичные и очень такие по-своему скромные. А насчёт банков я хочу у вас спросить, эти самые ФРС, что они крутят-вертят: то поднимет ставку, то не поднимет, все с открытым ртом у нас ждут, что это будет значить?

М.ДЕЛЯГИН: Спасибо большое! Значит, китайцы не только трудолюбивы, они ещё очень хорошо, очень старательно учатся, и у китайской культуры проблема с проявлением инициативы, но вот учатся они действительно очень инициативно. Американцы обращают внимание, что китайцы выгрызают лучшие практики обучения и перетаскивают к себе лучшие практики обучения, когда люди учатся и при этом перенимают опыт непосредственно у специалистов. С ФРС всё очень просто. От ставки ФРС зависит, будет ли доллар дорогим, или будет ли он дешёвым. Ставка низкая – доллар дешёвый, деньги разбегаются из Америки по всему миру, чтобы вложиться куда-нибудь, в том числе и в нас, у нас всё неплохо. Доллар дорогой, деньги сбегаются со всего мира в США, вкладываются в США потому что там высокий процент, высокая надёжность. Относительно высокий процент, конечно, относительно рисков американских. И в результате этого страны, не очень развитые или управляемые либералами, как мы, оказываются без денег. Вот и всё. Ещё один звоночек.

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте, Михаил! Иван Иванович, психолог-экстрасенс. Большое спасибо вам за китайскую тему. Лично я голосовал категорически против китайской экспансии, потому что китайцы – дряхлая, подлая и коварная нация. Лучше пусть Путин пригласит американских и австралийских колонистов, и вы через 5 лет не узнаете Дальний Восток.

М.ДЕЛЯГИН: Понял, спасибо большое! Я только опасаюсь, что американские колонисты и Америку-то не едут колонизировать, потому что в Америке идёт довольно заметный отток населения из центральной части. Насчёт того, что китайцы дряхлая нация, я бы не сказал. Она действительно очень старая, но, когда вы идёте по улицам китайских городов, сказать, что это люди дряхлые, я бы не сказал. Да, у них большие проблемы со здоровьем из-за разрушения экологии, это правда, они не очень здоровые люди, но это совершенно не дряхлый, очень продуманный народ, и очень эффективный народ. Я думаю, что мы, в первую очередь, должны учиться именно у них. Что касается австралийцев, пригласить их в Россию, катастрофа на Западе не такая большая, но немцы, мне известные, посмотрев на политику Европы в отношении беженцев, прикупают себе участочки в России, именно с учётом того, что, может быть, придётся бежать. Ещё один звоночек.

СЛУШАТЕЛЬ: Добрый день, Михаил! Меня Владимир зовут. Хотел бы задать вам вопрос. А как вы думаете, Владимир Владимирович Путин с какой попытки бы зашёл в московское метро? Мы помним, как он покупал мороженку, вытащив 5 тысяч рублей из кармана, не особо понимая, что это за купюра.

М.ДЕЛЯГИН: Понятно. Вы знаете, я помню, как Дмитрий Анатольевич Медведев покупал шубу из белька. Насчёт мороженого, может быть, наверное, я просто не зафиксировал этот момент. Но я думаю, что человек, который способен 4 часа вести эфир, пусть даже с подготовленными вопросами, думаю, что в метро он зайдёт с первой попытки. Правда, да, я, конечно, немножко упомянул про госпожу Клинтон, московское метро всё-таки устроено попроще американского. Ну, может быть, мне так кажется, как человеку, который в основном пользуется московским метро. Пожалуйста, ещё один звоночек.

СЛУШАТЕЛЬ: З

ПОДЕЛИТЬСЯ
Михаил Делягин
Делягин Михаил Геннадьевич (р. 1968) – известный отечественный экономист, аналитик, общественный и политический деятель. Академик РАЕН. Директор Института проблем глобализации. Постоянный член Изборского клуба. Подробнее...