«Закон Димы Яковлева» должен стать первым шагом к созданию нового правительства

Это должна быть коалиция сил, признающих приоритет национального суверенитета России

Депутаты Государственной думы отметили встречу Старого Нового года обсуждением «Петиции» «Новой Газеты» по поводу отмены только что принятого почти единогласно всеми фракциями запрета на «усыновительное оформление» продажи российских сирот в США. И ничего не решили, поскольку политическая инициатива Путина о рассмотрении в Думе подобных петиций при наличие в их поддержку 100 000 подписей есть, а закона и процедуры их рассмотрения нет. Хотя, если есть основание и есть желание, можно рассмотреть вообще что угодно. Другое дело, что то или иное здравое основание все же должно быть. И если закон принят – то, наверное, рассматривать вопрос о его отмене через месяц после принятия нужно при каком-то более веском доводе, чем желание одной десятой процента избирателей страны.

Мотивируя принятое решение, председатель комитета по конституционному законодательству и госстроительству Владимир Плигин довольно миролюбиво пояснил позицию комитета и отсутствие оснований для каких-либо иных решений, но среди прочего высказал резонный тезис, который звучит неожиданно именно с его стороны и со стороны его партии, никогда особенно не заботившейся о согласии с кем бы то ни было. Он сказал, что в обществе есть разные мнения и настроения, и нужно искать не те вопросы, которые рождают противостояние, а те. которые объединяют граждан и политические силы страны.

Теоретически, безусловно, он прав — в любом сотрудничестве нужно говорить о том, что тебя с твоим потенциальным партнером объединяет, а не о том, что тебя с ним разъединяет. Только в данном конкретном случае не вполне понятно, как это относится к тому же «закону Димы Яковлева». Закон был принят практически единогласно депутатами всех прошедших в Госдуму партий. Против закона выступали группы, на выборах в ГД не получившие даже минимально значимой поддержки – хотя бы такой, что бы они могли объяснить свое непопадание в парламент спорностью или недостоверностью результатов голосования.

Так вот фраза о поиске «того, что объединяет», она к чему в данном случае относится? Те, кто при всей разности своих политических позиций мог объединиться – объединились именно в голосовании по этому закону. Те, кто хочет себя этому согласию противопоставить — себя ему противопоставили. Кто с кем здесь должен искать согласие, если одни против данного закона, а другие за? Какое тут может быть согласие?

Закон реализует определенный принцип – отдавать на усыновление детей в другую страну нельзя. Одни считают что это хорошо, другие считают, что это плохо – не может быть здесь согласия. И не нужно его искать. Потому что сам его поиск в такой ситуации и по такому поводу – аморален. И фраза представителя ЕР по поводу поиска такого согласия означает видимо некий намек на готовность разрушения того согласия, которое уже есть между ведущими политическими силами ради достижения согласия одной из них с их общим (в этой ситуации) противником. Это ровно тоже самое, что поиск той или иной страной, входившей в состав антигитлеровской коалиции, возможностей заключения сепаратного мира с фашисткой Германией. И это даже не совеем формальное сравнение.

В чем сошлись между собой сторонники запрета на американское усыновление? В признании опасности такого усыновления для российских детей. В чем не согласились с ними противники такого запрета? В этом же. То есть они либо считают такое усыновление неопасным – чему противоречит как раз американская статистика: трагедией там заканчивается 25 % всех подобных усыновлений кого бы то ни было, либо считают недопустимым обвинение Америки в чем-либо, даже если информация о такой опасности происходит из самих же американских источников.

То есть те, кто поддерживают закон, в конченом счете исходят из того, что на территории России действует российский суверенитет, а те, кто выступают против – исходят из того, что на территории России распространяется суверенитет США. Между первыми определенное согласие возможно. А вот в отношениях между первыми и вторыми согласие невозможно. В одном случае его искать можно – в другом его искать вредно и бесполезно.

Искать согласие с теми, кто считает, что твоя страна не суверенна, и все свои действия направляет на то, чтобы утвердить на ее территории суверенитет иной страны – есть национальное предательство. В этой связи нужно ли рассматривать призыв Плигина искать согласие как проявление готовности такому национальному предательству, или он просто некорректно выразился и имел ввиду как раз согласие с теми, кто исходит из того, что Россия суверенна и сама будет решать свои проблемы?

Предположим, что речь идет о втором. Но тогда такое согласие нужно скорее не искать, а развивать. Потому что по вопросу национального суверенитета оно уже найдено, в частности — в принятом законе. И тогда это согласие нужно оформлять. Тем более, что проголосовавшие его фракции объединяет и это согласие, и общий враг – те политические силы, которые, выступая против принципа национального суверенитета ведут борьбу по сути – против них всех.

При этом сегодня и в Правительстве и в иных структурах высшей власти есть и представители партии Плигина, и есть представители сил, выступающих против этого закона, как и против принципа национального суверенитета России. В правительстве против закона открыто выступили Ливанов, Абызов, Голодец, из представителей иных высших властных структур — Лукин и Федотов, а так же Совет по правам человека и реакционная часть Общественной Палаты.

И в тоже время во власти нет представителей тех сил и тех политических партий, которые голосовали за данный закон как раз вместе с партией Плигина.

Тогда все же на согласие с кем ориентирована партия Владимира Плигина и к согласию с кем он призывает? Если уж он говорит о согласии и призывает к нему, то ситуация должна быть иной. И облик власти должен быть другой. И должно быть другое Правительство – такое, в котором, наверное, не должно быть тех, кто выступает против национального суверенитета, а должны быть представители всех политических сил, для которых он приоритетен.

Стране нужно другое правительство: Правительство Димы Яковлева. И нужна Правящая «Коалиция Димы Яковлева». И в том смысле, что это должны быть Коалиция и Правительство сил, принимающих приоритет национального суверенитета России. И в том смысле, что это должны быть Коалиция и Правительство сил, признающих приоритет социальных проблем страны. И в том смысле, что это должны быть Коалиция и Правительство сил, для которых приоритетным и главным будут дети России – и как самая большая ценность которая есть и страны, и как ее Будущее, и как символ ее Будущего.

Портал КМ.ru 21.01.2013

ПОДЕЛИТЬСЯ
Сергей Черняховский
Черняховский Сергей Феликсович (р. 1956) – российский политический философ, политолог, публицист. Действительный член Академии политической науки, доктор политических наук, профессор MГУ. Советник президента Международного независимого эколого-политологического университета (МНЭПУ). Член Общественного Совета Министерства культуры РФ. Постоянный член Изборского клуба. Подробнее...