— Здравствуйте, дорогие друзья. Меня зовут Михаил Делягин. Я экономист. Сегодня мы обсудим с вами массу самых интересных событий, которые произошли за прошедшие праздничные недели. Я хочу вас поздравить с прошедшими праздниками, поздравить с наступающими, пожелать вам счастья, удачи. Она нам пригодится, в этом году особенно. Здоровья, успехов в любви. И всего-всего самого хорошего.

Нас ждет Старый Новый год. я обращаю внимание на то, что в нашей стране Старый Новый год празднуется дважды. Большинство людей празднуют Старый Новый год в ночь с 13 на 14 января. В наступающую ночь. Но те, кто учился в школе, или кого учили в школе, и кто знает, что разница между юлианским и григорианским календарем не фиксированная, а нарастает за 60 лет на один день, с 1978 года прошлого века и прошлого тысячелетия, празднуют его в ночь с 14 на 15 января. Разумеется, это не мешает им вместе со всей прогрессивной общественностью праздновать этот замечательный день, точнее, эту замечательную ночь и с 13 на 14 января тоже. Поэтому я поздравляю вас с обоими этими праздниками. Я надеюсь, что вы хорошо их проведете. Тем более, что они выпадают на выходные. И нам тем более ничто не сможет помешать. На этой праздничной нотке вместе с Олегом Адамовичем, корреспондентом отдела экономики газеты «Комсомольская правда», мы переходим к не совсем хорошей теме. Я надеюсь, что мы сможем сделать ее тоже праздничной, радостной и, по крайней мере, интересной. Это Гайдаровский форум, который сегодня заканчивается в Москве. Регулярное мероприятие. Я горжусь, что за три года я научился правильно его выговаривать. Сначала я называл его Гитлеровским форумом, по ассоциации. Но сейчас я уже практически не ошибаюсь. Я думаю, что в следующем году не буду ошибаться совсем.

Адамович:

— Вот о чем я бы хотел поговорить. Сегодня утром Кудрин, выступая на Гайдаровском форуме, перед ним сидят эксперты, чиновники, еще кто-то. Кстати, почти все, кроме реальных бизнесменов. Он говорил: ребята, нам нужно повышать качество госуправления. Что-то оно у нас хромает. Я его слушал и думал: вот у них там какая-то секта получается. Они собираются… сами чиновники говорят о том, что у нас плохое госуправление. Они как бы расписываются в собственной несостоятельности, в том, что они работают плохо. Нет чтобы взять и реально позвать какого-нибудь конкретного коммерсанта, бизнесмена, который бы сказал, где у него кто, или хотя бы без имени, с должностью, чего у него вымогает. Конкретно говорить, что у нас в этом госуправлении неправильно. Потому что пока это говорильня. Такой элитарный клуб, где они сидят, говорят о том, что да, мы плохо работаем, давайте обсудим, как бы нам самим свою работу сделать лучше. Но толку от этого не очень много. Форум сегодня закончится, они разъедутся по своим вотчинам и начнут продолжать свое неэффективное госуправление и дальше. И тут вопрос: а зачем вообще Гайдаровский форум нужен, если реально там ничего конкретно, предметно, по пунктам не обсуждается?

Делягин:

— Вы очень правильно употребили слово «секта». Я раньше думал, что наш либерализм – это такой религиозный фундаментализм. Но я понял, что я просто оскорбляю фундаменталистов всех религий, включая мусульманство. Я действительно обидел запрещенное в России «Исламское государство», сравнивая наших либералов с ними. Безусловно, это некорректно и невежливо, я приношу извинения. Это действительно именно секта. Это действительно крайняя секта. И каждой секте нужно вовлекать адептов и поклоняться своим богам и божкам. В данном случае в роли такого божка выступает господин Гайдар покойный. У нас в Москве есть два памятника господину Гайдару, стоят не на кладбище, кроме шуток. Я думаю, через некоторое время, вслед за памятником в Сибири Колчаку и мемориальной доской Маннергейму в Питере, появится и памятник, может быть, Гитлеру в Москве. Почему нет? Если у нас уже два памятника Гайдару стоят, через некоторое время, процесс же будет идти по нарастающей в условиях полного равнодушия со стороны общества.

И это люди, которые публично камлают. Вот есть шаманы, они бьют в бубны. У них это религиозная процедура. Называется камланием. Там сложный процесс, я просто в нем не разбираюсь. Люди отправляют свои религиозные потребности. В данном случае это потребность рассказывать о том, что либерализм – это хорошо. И, не называя квинтэссенцию либерализма, потому что есть религии, в которых бог не называем, вот у либерализма не называемый бог – это глобальный спекулятивный бизнес, которому либералы служат. Отличие либерала от нормального государственного деятеля и нормального человека заключается в том, что обычный человек думает, что государство должно служить народу. Если совсем плохое государство, оно может забывать о народе, но оно должно служить стране. А либерал считает очень искренне и он не может себе даже вообразить другого, что государство должно служить глобальным спекулянтам. Тогда будет счастье.

Вот это род религиозного действия, в ходе которого жрецы выходят… в Америке их называют бандитами, у нас – жрецы, выходят на трибуну и в соответствии со своим статусом в иерархии этой секты произносят молитвы. Молитвы оформляются в форме докладов. Они бессодержательны за редким исключением, потому что молитва приводит верующих и тех, кого хотят сделать верующими, в определенное экстатическое состояние. Там есть смысл, безусловно. Скажем, я знаю молитвы на церковнославянском языке, они очень красивые. И это, безусловно, одно из выдающихся достижений русской культуры. Они потрясающе емкие, точные, образные, эмоциональные. И очень много мы потеряли, перейдя к обычному русскому языку от церковнославянского. Поэтому лучше бы их читать на старом языке. Но в данном случае в молитвах самое главное – это настроение и чувство общности. Чувство причастности к чему-то большему, чем вы. Если вы принадлежите к религии – к богу, если вы принадлежите к секте, в данном случае к либерализму, — причастность к глобальному бизнесу, точнее, глобальным спекулянтам.

Вы задали логичный вопрос: ну как же так, люди говорят о повышении эффективности госуправления, а почему они не приглашают людей, чтобы узнать, у кого воруют? Я думаю, что большинство либералов знают, у кого воруют. И как воруют. Просто потому, что, я думаю, многие из них к этому причастны. Когда у либералов спрашиваю: почему вы не считаете, что нужно увеличить государственные расходы на что-то? – первое слово будет «инфляция», такой аналог сатаны в традиционных религиях, а второе слово будет «украдут же!». Вы понимаете, когда один человек говорит «украдут», это значит, что кто-то другой украдет. А когда стоит сплоченный либеральный клан, и каждый из них говорит «украдут», то в целом это складывается в совокупное «украдем». И, в общем, этим людям веришь на слово. В этом вопросе.

При этом, скажем, есть господин Улюкаев. У господина Улюкаева сначала конфисковали недвижимости больше чем на полмиллиарда рублей. Потом у него конфисковали монет и денег, вернее, арестовали, еще больше чем на полмиллиарда рублей. Получается, что у него арестовали имущества больше чем на миллиард рублей. Напоминаю, господин Улюкаев – человек, который с 1992 года практически все время был на государственной службе в той или иной форме. Депутат, руководитель государственный и так далее. А когда он не был на госслужбе, короткие промежутки времени, он был зам Гайдара по институту. Хотя и тогда он тоже числился советником Гайдара и в аппарате правительства. Простите, пожалуйста, ни один человек не задает вопрос: откуда этот миллиард вообще взялся? Мы же все знаем, откуда он взялся, правильно?

Адамович:

— Конечно, знаем.

Делягин:

— И люди на Гайдаровском форуме тоже знают, откуда он взялся. И лучше нас. В этом-то все и дело. Я думаю так.

Адамович:

— Есть теория, что вся наша верхушка, как и Улюкаев, замазана. И у каждого есть этот свой неправедно нажитый миллиард, а у кого и больше. Что вы об этом думаете? Может быть, Гайдаровский форум – это вообще бессмысленная вещь? Сидят там один миллиардеры на государственной службе, каждого из которых можно взять за одно место, все это дело конфисковать. И под домашний арест или в солнечный Магадан отправить. Может, все это бессмысленно?

Делягин:

— Прежде всего хочу защитить участников Гайдаровского форума. Там не только миллиардеры. Там и студенты, там и специалисты. Там и достаточно хорошие специалисты иногда принимают участие. Может быть, среди либералов есть честные люди, которые не участвуют в воровстве ни в какой форме. Но вы правы в том, что у каждого из них есть страшные страницы в биографии. Некоторые этими страницами откровенно гордятся. Как Чубайс или Дмитрий Анатольевич Медведев – гордятся публично и искренне, истово. Но у них всех есть приватизация или одобрение приватизации. Напомню, что Евгений Григорьевич Ясин в сердцах, когда он устал слушать сетования людей, у которых украли страну, сказал: а чего они жалуются, что у них чего-то украли? У них ничего не украли, потому что у них ничего не было. Он это сказал людям, у которых либералы, в том числе и он сам, украли бесплатное и качественное здравоохранение, образование, бесплатное жилье, почти бесплатное жилищно-коммунальное хозяйство, почти бесплатный городской транспорт, почти бесплатные детские товары и многое-многое другое. На мой взгляд, либералы являются преступниками. Объективно. И по своей идеологии. И те, кто в чем-то принимал участие, — по своим конкретным действиям.

Однако вот эта говорильня – это не безобидная говорильня. Как еще говорил Геббельс, чем чудовищнее ложь, тем легче в нее верят люди. Когда вы занимаетесь чудовищной ложью, в том числе с авторитетных трибун, прикрываясь статусом, то вам люди верят. И вы погружаете наше общество в параллельную реальность, вы делаете Россию неадекватной. Украину сделали неадекватной. И мы видим, к чему это приводит на Украине. Нас сделали неадекватными в значительно меньшей степени, у нас нет нацизма, у нас есть либерализм. И мы видим, что у нас 80 % населения бедно, по данным социологических опросов, и это в самом лучшем случае. Так что это зомбирование людей. С другой стороны, это зомбирование государства. Потому что либералов довольно здорово потеснили в государстве. Они сохранили контроль за социально-экономической сферой, но и только. Они хотят вернуться. Ради этого они ведут нас к майдану, чтобы опять повторить 1990-1991 год, чтобы опять все рухнуло. И они, насколько я могу судить, надеются в этой катастрофе, в этой новой смуте вернуть себе всю полноту власти и вернуться в 90-е годы, которые для них был неизъяснимым блаженством.

Адамович:

— А в чем неадекватность? Речи, которые толкаются с трибуны, они должны привести к неадекватному восприятию действительности. А в чем конкретно?

Делягин:

— Самая главная задача государства, если этих людей послушать, это снижение инфляции. Произносится много наборов разных слов, но они все бессмысленны. Что такое структурная реформа? Ну, упала в три с половиной раза цена на нефть. Структура экономики изменилась. А мы в это время как раз тоже что-то делали. Люди реально хвастаются улучшением структуры российской экономики, тактично умалчивая, что причина этого – падение цены на нефть. А инфляция – это абсолютно конкретная вещь, которая считается каждую неделю, это реальный показатель, по которому можно отчитываться. Люди говорят: наша задача – от 5,4 % инфляции перейти к 4 % инфляции. Выступает Кудрин и говорит: нет, это недостаточно амбициозная задача. Мы можем снизить инфляцию до 2,5 %, а то и до 2 %. То, что это все обеспечивается на костях людей, они прекрасно знают. Они это признают. Люди из «Банка России» признают, что таргетирование инфляции так называемое, это их политика так называется, снижение инфляции за счет организации искусственного денежного голода, когда официальная ставка рефинансирования в два раза выше официальной инфляции, — вот это осуществляется за счет обеднения, обнищания населения. И люди совершенно наглядно и спокойно демонстрируют, что им плевать на население, плевать на людей. Им не важно, как живет страна, им важно, чтобы статистический показатель инфляции был ниже. Я думаю, если они доведут до нуля, то дальше они будут бороться за дефляцию, то есть за снижение цен за счет полного уничтожения денег. Естественно, это невозможно. У нас были 90-е годы, когда чрезмерно жесткая финансовая политика привела к чудовищному кризису неплатежей. И минимальная инфляция была 11,1 % в 1997 году. Но снижение инфляции за счет обеднения людей, за счет разрушения экономики искусственным денежным голодом ни к чему хорошему не ведет.

Адамович:

— А что нужно делать с инфляцией?

Делягин:

— Низкая инфляция лучше высокой инфляции. Но это не критично. Инфляция от 0 до 15 % и при разумной государственной политике – даже до 20 % на поведение бизнеса толком не влияет. Спекулянты не приходят на 20-процентную инфляцию, да. Потому что это не очень выгодно. Выгоднее, когда инфляция нулевая, и все абсолютно предсказуемо. Но у нас есть много примеров в мире, когда инфляция выше 10 %, даже 15 %,даже периодами 20 % не мешала развитию экономики. Вот это – отвлечение внимание на негодный объект, как говорится в определенных профессиональных кругах. Главное – это организация развития экономики. У нас по стране буквально стоит вой уже несколько лет: дайте работу! А эти люди, как Медведев… давайте мы Медведева послушаем, потому что человек дал признательные показания. Давайте послушаем нами в полуполемике господина Медведева.

Медведев:

— Очевидно, что есть одна общая проблема – это риск долгосрочной стагнации. Уже понятно, что восстановить нормальные темпы роста только за счет денежной и бюджетной политики не получится. Требуются серьезные структурные реформы. Хотя мы об этом говорим последние лет пятнадцать. Тем не менее, при всех страновых особенностях, эти приоритетные направления практически идентичны. И связаны с развитием человеческого капитала, прежде всего за счет сфер образования, за счет здравоохранения, улучшения делового климата и, конечно, развития инфраструктуры.

Делягин:

— Вот Медведев говорит замечательные правильные слова: образование, здравоохранение, развитие инфраструктуры. Только маленькие детали.

Адамович:

— В новом бюджете как раз на это сокращается ассигнование.

Делягин:

— Да! Образование уничтожалось последовательно этим самым Медведевым. Да, сейчас назначили нового министра, который пытается исправить положение. Но мы уже получили поколение людей, которое не способно думать в массе своей. Бизнесмены, которые организуют производство, воют от этого. Мы имеем разрушение здравоохранения – системно, организованно. Мы имеем инфраструктуру, которая превращена в инструмент извлечения доходов, как платные дороги, как электроэнергетика. В результате эта инфраструктура разрушает экономику, а не созидает ее. Потому что, когда в стране с низкими доходами людей и достаточно не очень интенсивным движением вводят платные дороги, то понятно, что это блокировка транспортного движения, а не попытка окупить дороги. Окупить просто не удастся. Господин Медведев дает признательные показания. Оказывается, он и его коллеги 15 лет говорят о том, что требуются структурные реформы. Вы знаете, если вы 15 лет ничего не будете делать, а будете только говорить, как минимум, это признак профессиональной некомпетентности и профнепригодности. А вообще говоря, в Уголовном кодексе есть статья «Преступная халатность, повлекшая особо тяжкие последствия».

Он говорит о риске долгосрочной стагнации. Но что делать для того, чтобы этого риска избежать? Тем более, он не говорит, не признает, что этот риск долгосрочной стагнации вызван действиями его правительства и «Банка России», с которым его правительство абсолютно солидарно. Наконец, он кидает камень, как ему кажется, в сторону Глазьева, как многие думают: восстановить темпы роста невозможно только за счет денежной бюджетной политики. Но правительство Медведева осуществляет отдельные правильные точечные меры типа поддержки сельхозмашиностроения на 9,9 млрд. рублей, копейки на фоне всех остальных его действий. Но никаких реальных действий, как он выражается – структурных, мы не видим. Не считая приватизации, которая в лучшем случае не имеет смысла, а в худшем случае является прикрытием воровства.

Адамович:

— Конечно, помимо воровства, нужно еще что-то с коррупцией делать. Потому что масса историй, когда бизнес честно хочет где-то начать работу. Причем, кстати, это бывает даже с вполне себе крупными игроками. Например, если не ошибаюсь, это один из очень крупных мировых сетевых ритейлеров решил в Воронежской области открыть один из филиалов. И в результате они этого не сделали, потому что чиновники их начали кошмарить, требовать взятки и говорить: ребята, если вы сейчас не сделаете это и это, вы не сможете у нас работать, мы вас замучаем проверками. В результате даже крупная транснациональная компания вынуждена была включить заднюю скорость, потому что эту коррупцию не перешибить. И вот это по-настоящему все и тормозит.

Делягин:

— Да. Только, по-моему, то, что вы говорите, производит впечатление основы государственного строя, которая у нас была создана в 1990 году, еще в недрах Советского Союза. Так что я не очень понимаю, как, кстати, можно бороться этими либералами. Но самое главное, что либералы, мне кажется, на словах выступают против коррупции, а на деле они являются частью этой коррупции. Может быть, за некоторыми исключениями. Может быть, уважаемые представители государства как-нибудь проснутся и дадут юридическую, правовую оценку деятельности наших российских либералов, которые на голубом глазу рассказывают, что нужно снижать инфляцию, даже если это ведет к снижению уровня жизни людей. Которые совершенно спокойно размолвляют, уж извините за это слово, но как сказать по-другому, бессмысленное звукоизвержение, — разговаривают про экономический рост, принципиально отказываясь даже заикаться о факторах этого роста. Которые превратили прекрасный юридический термин «структурные реформы» в бессмысленную мантру. Буддисты знают, что такое «ом манне падме хум», безусловно. Но не буддисты этого не знают. Вот когда я слышу «структурные реформы» из уст Кудрина, Медведева и прочих представителей этой компании, у меня возникает ощущение, что я не буддист. Структурные реформы – это что угодно, что ведет к изменению структуры экономики. И приватизация, иразвитие инфраструктуры – модернизация экономики. И уничтожение экономики при помощи искусственно созданного денежного голода. Это все структурные реформы. Кстати, борьба с коррупцией – тоже структурная реформа.

Адамович:

— Еще вспоминаются слова «консервативная политика» «инновации», «нанотехнологии». Вроде бы тоже все по отдельности что-то хорошее, а когда об этом начинают говорить с трибуны, совершенно непонятно, что под этим на самом деле подразумевается, и все заканчивается воровством денег.

Делягин:

— Вы, конечно, журналист, вам виднее. Но мне казалось, что некоторые слова, которые вы произнесли, это такие ругательства уже стали, их не стоит произносить в прямом эфире. Может быть, «инновации» не стоит говорить при женщинах, при детях.

Адамович:

— Еще «импортозамещение».

Делягин:

— Давайте примем звонок.

Ростислав:

— Михаил Геннадьевич, может быть, такие богатства Улюкаева, потому что это какие-то отказы за списанные кредиты той же Белоруссии, например? Получается, что выгоднее дать кредит той же Белоруссии и списать за откат?

Делягин:

— Понятно. Вряд ли белорусы платят откат. У них совершенно другая экономическая система. А каким образом можно честно заработать эти деньги, находясь на госслужбе. Есть версии? Причем миллиард не последний, явно.

Адамович:

— Честно? Можно не есть. Не пить. Можно в отпуск не ходить. И как-нибудь за десять лет отпускных разом получить.

Делягин:

— Миллиард?

Адамович:

— Можно бомбить по ночам.

Делягин:

— Вряд ли товарищ Улюкаев следовал примеру офицеров в 90-е годы и в начале 2000-х и подрабатывал по ночам. И вряд ли он следовал совету своего руководителя – председателя правительства господина Медведева, который послал учителей, которые хотят жить по-человечески, призвал их бросать свое дело и уходить в бизнес. По крайней мере, Улюкаев не бросал свое дело.

Виктор:

— Какие страны мира не ориентированы в налогообложении так же, как Россия? Налог на землю, на имущество? На граждан, так скажем.

Делягин:

— Плоская шкала подоходного налога, кроме нашей страны, есть еще в Боливии. По крайней мере, была. А Словакия и Эстония про это дело думали. Эстония даже пыталась ввести. Но они быстро от этих глупостей отказались. Что касается налогообложения, думаю, что на Гаити вопрос налогообложения никого не волнует в принципе. Потому что там убить могут и съесть могут. А налог – это не главная проблема. Но формально, может быть, там хуже, чем у нас. Я просто не знаю.

Адамович:

— В странах Скандинавии достаточно высокие налоги. Другой вопрос, что люди за это много чего получают.

Делягин:

— Во-первых, у них высокие налоги, но они очень четко зафиксированы. Вы четко понимаете, с чего вы платите и сколько. Ситуация, когда к вам приходит платежка, и вы узнаете, что, оказывается, ваша квартира стоит в два раза больше рыночной цены, вы должны платить налог с в два раза завышенной цены квартиры, она в скандинавских странах, и не только в них, невозможна. И даже, боюсь, она в Латинской Америке невозможна. И ситуация, когда вдруг ни с того, ни с сего регионам говорят: вы знаете, ребята, а теперь вы будете отдавать федеральному центру не 2 процентных пункта от налога на прибыль, а 3 % от собираемого вами налога на прибыль. Потому что мы тут осуществляем экономическую политику, мы ею очень гордимся. Но эта экономическая политика привела к прекращению экономического роста, она привела к тому, что у нас ничего не развивается. Соответственно, никто не платит налогов. Есть трудности в бюджете, поэтому вы нам сейчас за это заплатите.

Петр:

— Если у нас такой плохой председатель правительства, почему бы его президенту не отправить в отставку?

Делягин:

— Хорошая идея. Она мне очень нравится. Наверное, именно по этой причине я не являюсь президентом Российской Федерации. Что еще забавного было на Гайдаровском форуме?

Адамович:

— Там было много красивых слов, но все они какие-то были достаточно пустые. Нужно каким-то образом инвестиции привлекать, говорил Кудрин. Но каким образом привлекать инвестиции – тоже не очень понятно. Потому что, как только приходит инвестор, с него тут же начинают чего-нибудь требовать. Нельзя же просто так инвестировать. Чиновник, наверное, спокойно спать не сможет, если вдруг деньги будут проходить мимо его кармана, где-то там не останавливаться.

Делягин:

— Давайте все-таки уточним. Чиновник, убежденный в своей безнаказанности. Это же ведь главное достижение всех демократических преобразований – абсолютная вера чиновников в свою безнаказанность.

Александр:

— У меня раздвоение в мыслях. Вы говорите, что народ недоволен. Но почему же он на протяжении 25 лет постоянно голосует за ту Думу, которая утверждает либеральное правительство. Причем голосуют в основном пенсионеры и работяги. Я ни разу не видел на избирательных участках, чтобы хорошо упакованные люди приезжали на «Мерседесах» голосовать за этих депутатов.

Делягин:

— Хорошо упакованные люди в значительной степени голосуют в других странах. Мы же не знаем, какие у них гражданства и где они живут. Но все-таки в 90-е годы у нас была Дума оппозиционная. Там были КПРФ, другие партии. И приходилось с ними договариваться. По моим ощущениям, значительную часть оппозиции тупо покупали за деньги представители правительства и Администрации Президента. Хотя это мои ощущения. Действительно, в нулевые годы стали поддерживать государство. Возникла большая поддержка, просто потому, что действительно стало жить лучше. Нефть подорожала, и либеральная социально-экономическая политика стала менее разрушительной. А сейчас люди поддерживают власть – это результат Крыма. Ведь первый раз на нашей с вами памяти, на мой памяти, российское государство сделало что-то правильное без внешнего принуждения. Как сказал один мой знакомый из Сибири, который сцепился на автозаправке с патриотично настроенными украинцами и обратил их в бегство, человек десять, они просто убежали оттуда в панике, хотя он насилие не применял, угрозу насилия не применял тоже, они просто не могли быть рядом с представителем России. Он сказал: понимаешь, да, конечно, я никогда не буду в этом Крыму, скорее всего, потому что я из Восточной Сибири. Мне не очень интересно, что там происходит. Но это государство первый раз на моей памяти сделало что-то полезное по отношению хоть к кому-нибудь. Может быть, когда-нибудь оно сделает что-то полезное и по отношению ко мне. Правда, это было давно. Это было осенью 2014 года. А к этому времени, я думаю, человек уже сильно разочаровался.

Адамович:

— Да, во время последних выборов, конечно, сказались наши смелые и решительные действия по поводу Крыма. Но у нас было много предыдущих выборов, к честности которых у меня очень большие вопросы.

Делягин:

— Боюсь, что, скорее, большие ответы, чем большие вопросы.

Адамович:

— Там явно все очень нечисто прошло.

Делягин:

— Но люди это терпели. У нас же демократия такая. С одной стороны – терпение. Если люди терпят, значит хорошо. Значит это одобрение власти выражается в такой форме.

Адамович:

— А кто не терпит, тех посадили.

Делягин:

— Вы знаете, как сказала Зоя Космодемьянская, вопреки господину Бильжо, «всех не перевешаете». Если не терпит критически значимая часть общество, то государство или меняет политику, или меняет власть. Но критически значимая часть общества терпела. Даже в самые скверные моменты. Это было вызвано тем, что люди все-таки были контужены девяностыми годами. И до сих пор контужены. И понимают, что если разрушить государство еще раз, как в 1991 году, то лучше от этого не будет. Нам сейчас это украинцы показали еще раз, очень наглядно и очень демонстративно. Но в нулевые и в десятые годы помнили. Плохая власть, поганая, отвратительная, но мы сейчас живем, а в 90-е мы не жили. Можно потерпеть. Была такая мотивация очень сильная.

Адамович:

— На самом деле это позиция более старшего поколения. А молодежь, по моим ощущениям, она стала вообще практически абсолютно аполитичной, просто потому что выборы бессмысленные стали.

Делягин:

— Я был абсолютно шокирован в этом новом году, когда совсем молодой человек, скорее, критично относящийся к власти, не вникающий в детали, на отдыхе сказал: давайте посмотрим, обращение Путина сейчас будет. Я говорю: какое обращение Путина? Новый год, праздник, то-се. Море рядом. Нет, сначала послушаем. И вот человек послушал – и дальше мы уже продолжали отдыхать. Это был некоторый элемент культуры, даже среди людей, которые критично относятся к нашему замечательному государству. Но на выборы он не пойдет.

Что касается Резервного фонда. Резервный фонд – это только треть бюджетных резервов страны. Очевидно, Минфин до завершения Гайдаровского форума не хочет давать информацию о реальных объемах бюджетных резервов на 1 января. Но на 1 декабря бюджетные резервы составляли 7,9 трлн. рублей. Резервный фонд был даже меньше, чем треть этой суммы. Так что федеральный бюджет захлебывается от денег по-прежнему и не знает, куда их девать, по-прежнему. А люди, которые рассказывают, что Резервный фонд скоро кончится вот-вот, и поэтому у вас нет денег и вы держитесь, они или неграмотные, или пытаются ввести нас в заблуждение, уж вы извините.

Мне прислали потрясающую новость. «Мэр Новосибирскапризвал горожан помочь в расчистке снега. Вчера мэр Новосибирска заявил: мы выбрали уже все лимиты всего 2017 года по уборке снега, больше денег нет. И призвал жителей города выйти на улицу и убрать снег самим. Напоминаю, Новосибирск – это город-миллионник. Это очень развитый, очень цивилизованный и очень культурный город. В этом городе за первые 12 дней года кончились деньги, выделенные на расчистку снега. И никаких денег местные власти на уборку снега, чтобы город не был парализован, найти не могут. Вот такое у нас государственное управление. Это, на мой взгляд, прямое следствие деятельности тех людей, которые сейчас собрались на Гайдаровском форуме и там занимаются религиозными действиями.

Владимир:

— Я сам экономист. Что должно случиться с экономикой в стране, чтобы все-таки Путин снял Медведева и весь экономической блок к чертовой матери?

Делягин:

— Это вопрос не экономический. Потому что замена Медведева и Набиуллиной на грамотных, адекватных и патриотично настроенных специалистов, которые способны хотя бы захотеть что-то сделать полезное, это вопрос не экономики, это вопрос политики. Для этого, на мой взгляд, президент должен обратить внимание на экономику. Чтобы он обратил внимание на экономику, нужно, чтобы он понял, что состояние экономики грозит России, если не уничтожением, то очень и очень большими проблемами. Мы же реально находились лет десять назад в положении, когда нас можно было бомбить. Даже при ядерном оружии. Сейчас Соединенные Штаты Америки официально пытаются поставить нас в положение воюющей страны. Вот эта история с русскими хакерами, на самом деле они очень близки к тому, чтобы объявить любую хакерскую деятельность объявлением войны. И тогда эта история выстрелит. Тогда нас, конечно, нельзя будет бомбить, потому что у нас есть вооруженные силы и ядерное оружие, но заслать к нам диверсантов организовывать на нашей территории диверсии и вести против нас кибернетическую войну, которая была нам объявлена на самом деле. Нам пообещали кибернетическую войну. И после этого у нас у некоторых банков были довольно серьезные сбои в обслуживании.

Нам пообещали террористическую войну официальные лица американского государства. И после этого погибли наши самолеты. Если Ту-154, как сейчас говорят, это все-таки, наверное, авария, хотя непонятно, почему обломки развалились на такую большую площадь, то перед этим была диверсия стопроцентная. Так что, извините, он занимается вопросами выживания. Вот сил на то, чтобы заняться вопросами развития, у него, по-видимому, нет. Для того, чтобы он занялся экономикой, нужно, чтобы он понял, что вопросы развития – это тоже вопрос выживания. Что без развития можно просуществовать какое-то время, а дальше будет хуже, чем на Украине. Этого понимания, по-видимому, пока нет. Поскольку у нас демократия существует, на мой взгляд, существует всегда, кроме момента выборов, у нас в стране управление осуществляется по рейтингам, я думаю, что стоит… что мы с вами имеем возможность своим поведением, участием в социальных опросах, социологических, теми или иными действиями показать, что экономика – это не менее важная вещь, чем оборона.

Андрей:

— ВКонтакте есть группа, заточенная против вас и всего, что вы говорите. Называется «Заблуждения россиян». Вы ее читали?

Делягин:

— Нет, конечно.

Андрей:

— По-моему, там очень логично все расписано. Там просто то, что вы говорите, там камня на камне не оставили от этого.

Делягин:

— Я читал официальные методички Минфина. И они действительно работают в отношении людей, которые сдавали ЕГЭ. В отношении людей, которые не знают ничего и ни о чем. Как сказал один мой знакомый: я смотрю телеканал «Дождь», и все, что мне нужно знать о мире, я узнаю из этих передач. Вот на таких людей, если вы имеете в виду методичку Минфина или, может быть, какого-нибудь другого ведомства, мне сказали, что это минфиновская, на такую аудиторию это может сработать. На людей, которые что-то знают о чем-то, я сильно сомневаюсь. Я посмотрю.

Генрих:

— В 90-е годы многие получили в собственность землю, квартиры. А сейчас с нового года новый закон о регистрации. С чем это связано? Я читал, что те, кто до 2005 года в Росреестр не внес, они перестают быть собственниками.

Делягин:

— Это касается земельных участков. Там изменили характер регистрации, чтобы вам жизнь медом не казалась. Чтобы вы не думали о том, что происходит вокруг вас, и не думали о своих перспективах, а чтобы вы тратили максимум сил и максимум денег на то, чтобы защитить то, что вы еще имеете, на мой взгляд, это моя оценка. Если ваш участок не внесен в кадастровый план, то с 1 января у вас его могут отобрать, как бесхозное имущество. И то, что у вас есть формальная бумажка о том, что это ваша собственность, это мало кого будет интересовать. При этом местные власти получать возможность это продавать. Они могут продать это вам, а могут продать кому-нибудь еще, если у них не хватает денег в бюджете. А то, что у них искусственно организован постоянный бюджетный кризис, я думаю, вы знаете, что денег не хватает всегда и всем. Так что это реальная угроза. И здесь нужно просто изучать документы и выполнить все необходимые процедуры. Потому что закон может быть дурацким или идиотским, но в той части, в которой он направлен на ущемление ваших прав, я думаю, вы должны быть готовы к тому, что он будет применяться.

Пришла замечательная новость, что господин Шувалов, первый вице-премьер, выступая на Гайдаровском форуме, заявил, что в случае потепления отношений с Западом, то есть не если Запад отменит все свои санкции, а просто у нас улучшатся отношения, российские контрсанкции могут быть отменены уже 31 декабря. Соответственно, господин Шувалов, насколько можно судить, готов нанести удар и по сельскому хозяйству, и по другим отраслям экономики, которые поднялись относительно благодаря нашим контрсанкциями. Даже не дожидаясь отмены санкций вообще. Хорошая новость, хорошие люди.

Шувалов – это человек, собаки которого, если верить сообщениям в медиа, летают бизнес-классом, потому что с обычными гражданами, вроде нас с вами, им некомфортно. Вот этот замечательный человек, если судить по сообщению Росбизнесконсалтинга, предупредил всех. Что 31 декабря 2017 года российские контрсанкции могут быть отменены в случае не отмены санкций Запада, а в случае всего лишь потепления отношений с Западом. Трамп улыбнется Медведеву, например, и всё, до свидания сады, которые заложены у нас во многих регионах, до свидания тепличные хозяйства. До свидания свиноводство. До свидания сыроварение и многие другие отрасли. Вместе со всеми занятыми на соответствующих предприятиях. Вот такие люди управляют у нас экономикой. Такие люди у нас заседают на Гайдаровском форуме и считаются уважаемыми людьми. И такие люди определяют нашу с вами жизнь.

И о веселом. Я же не могу не рассказать о том, что еще делают эти чудесные люди. Есть такой вице-премьер Дворкович. Господин Дворкович дал поручение Минсельхозу учесть и переучесть всю живность, которая у нас есть. С января 2018 года, это не фейк, это сообщают «Известия», не только российским фермерам, но и владельцам домашних животных придется снабжать их чипами, татуировкой, биркой, кольцом, ошейником или тавром с уникальным идентификационным номером. С 1 января — только для относительно крупных животных: лошади, ослы, мулы, крупный рогатый скот, олени, верблюды, свиньи. А с начала 2019 года – для всех остальных, включая домашних животных, кроликов, пчел и рыб.

Если в отношении пчел «Известия» специально объясняют, что можно будет делать не на отдельную пчелу, а присваивать уникальный идентификационный номер всей пасеке сразу, потому что понятно, что мед, который вырабатывают разные улья в одной пасеке, примерно одинаков, то, скажем, в отношении рыб ситуация другая. Потому что рыбы разные. Очень забавно, как это объясняется. Объясняют, что человек, который покупает мясо или рыбу, должен знать, чем кормили это мясо или эту рыбу и какова дата забоя. Справки от ветеринарной службы, которая была всю жизнь, недостаточно. Нужен обязательно чип. А то, что чип можно с одной тушки перевесить на другую совершенно спокойно, так же, как подделать справку ветслужбы, это никого не волнует. При этом меня особо умиляет ситуация с рыбами. Уже рыбоводы взвыли. Цитирую их сообщения на форумах по разведению рыбы: «Самый дешевый чип стоит 95 рублей. Чтобы выполнять задумку из Минсельхоза, рыбу надо поймать и ввести чип под кожу или окольцевать ее, зацепить за жабры, хотя с них может свалиться. Для выполнения операции по введению чипа нужны два человека. Как рыба перенесет такой стресс — только богу известно». Нужно еще учитывать, что у нас этих рыб выращиваются десятками тысяч в рыбоводных хозяйствах. Это колоссальный объем работ сваливается на эти хозяйства дополнительно.

Представим себе какой-нибудь рыбхоз, выращивающий дешевую столовую рыбу вроде карпа. В южных областях России цикл выращивания карпов в пруда – два года. В более умеренных зонах – три года. Привесок при выходе от 1,5 до 3 килограммов. А на севере — от 1 до 1,5 килограммов. Отпускная цена на товарного карпа – 70-80 рублей за килограмм. В результате эта идея может полностью сделать нерентабельной основную часть рыбхозяйств. Мне правильно пишут, что чиповка – это мегараспил. Как говорил из покойных наших величайших воров, воровать надо с прибыли, а не с себестоимости, прости господи! Вот здесь при помощи этой меры могут просто уничтожить наше рыбоводство, которое только-только приподнялось. А самое смешное, коллеги, это про аквариумных рыбок и домашних животных. Животное, которое живет в дикой среде, его, слава тебе, господи, чипировать не нужно. А вот у вас в аквариуме есть рыбки. Понятно, что у вас в аквариуме могут быть самые разные рыбки одновременно. Значит, это не однородный объект, как улей или пасека, значит, вы должны будете чипировать своих рыбок, черепашек, канареечек, я уж не говорю про собак и кошек. Естественно, за свои деньги, индивидуально. У вас же денег-то – как у Минфина, куры не клюют, девать их некуда.

Вот это бред либеральный. Я напомню, это те самые люди делают, которые нам рассказывают, что нужно минимизировать вмешательство государства в экономику. Я не стал бы говорить, что электронный фашизм решили начать с карпов, но да, как-то странно. Это говорят те самые люди, которые требуют минимизации вмешательства государства в экономику, и для этого эти люди отменили гарантии качества товаров и услуг, отменили советскую систему стандартов. Ну, рынок сам все расставит на свои места, отвалится колесо от машины, убьются люди, эту машину какое-то время, может быть, кто-то не будет покупать. Может быть, производители этой машины начнут о чем-то думать. Но эти же самые люди собираются влезть в наши домашние аквариумы.

Скажем, еще есть замечательная вещь. Понятно, что тушканчиков и белых крыс придется чипировать обязательно. А как быть с обычными крысами и мышами, которые у многих живут в частных домах? Они же живут не в дикой природе, они живут в домах. Они живут не в диком первобытном состоянии, они живут в качестве паразитов на нас. Мы что, тоже будем обязаны их отлавливать и чипировать, или наносить татуировку на аквариумных рыбок? И на крыс мы тоже будем обязаны наносить татуировку? А как быть с клопами и тараканами? Они же тоже не в дикой среде обитают. Они у некоторых обитают в диванах, в домах. А есть еще замечательные животные – паразиты, не к столу будь сказано, которые живут внутри человека. Например, глисты. Человек плохо моет руки, внутри него живут глисты. Минсельхоз тоже обяжет его этих глистов чипировать и наносить на них татуировку? Они не растения, они животные. И они не в дикой среде живут, они живут в человеке. Как это понимать? Это всё?

Это безумное административное разрушение и экономики, и повседневной жизни людей, и мозга людей. И такое ощущение, что те, кто это устраивает, Дворковичи, которые дают такие поручения, Минсельхоз, который… пока, слава богу, это проект приказа, это еще не решено, но у нас очень легко самые безумные вещи воплощаются в жизнь. Минюстзарегистрирует – и всё, и вы будете обязаны, никуда вы не денетесь. Вот эти люди пытаются не просто, на мой взгляд, украсть деньги, они пытаются сделать это так, чтобы разрушить нашу повседневную жизнь. Чтобы сделать нашу жизнь невыносимой, чтобы довести нас до майдана и сделать так, чтобы мы, как на Украине, сами разрушили свою страну в ситуации, когда нам не будет жалко даже своих детей. Это возможно. Практика показывает, что можно целенаправленными усилиями довести народ до такого состояния. И мы с вами можем оказаться в этом состоянии усилиями господ-либералов через буквально полтора года.

Олег:

— Хотел извиниться, я задавал вопрос насчет того, что Соловьевпротив. Я сказал – на место Силуанова. А по идее – на место Улюкаева. Насчет вашей кандидатуры.

Делягин:

— Не критично. Только не на то место, которое сейчас Улюкаев занимает, пожалуйста. Я хоть когда-то стихи и писал, но я все-таки чуть по-другому себя веду.

Олег:

— Конечно, не в этом статусе. У меня другой вопрос. В экономической теории на сегодня не существует новой концепции экономического развития? Не для какой-то одной отдельно взятой страны, а вообще, в мировом масштабе? То, что предлагает Трамп – вернуть средства производства обратно в Америку, это шаг назад, чтобы опять прийти к тому, что сейчас есть.

Делягин:

— Знаете, новой концепции нет. Есть понимание того, что старая концепция выработала свой ресурс. Трамп не теоретик. Вообще не экономист. Он бизнесмен и политик. Он реагирует на те, как американцы говорят, вызовы, которые есть уже сейчас. Он реагирует, он не осуществляет работу на перспективу. Но все понимают, что мир, построенный вот на той модели, к которой, как вы говорите, придется возвращаться, когда существует глобальный рынок, этот мир уходит. Может, когда-нибудь он и вернется, но уже вряд ли при нашей жизни. Сейчас глобальный рынок разделяется на макрорегионы. И в этих макрорегионах придется жить, придется развивать хозяйство. Не на рынке всей земли, а на рынке Северной Америки, на рынке Южной Америки, на рынке Евразии или Европы, Китая и России. Но на отдельных рынках. И придется возвращаться к старым концепциям. Новая концепция – это то, как в этой ситуации будут работать сверхпроизводительные технологии, когда у людей не будет работы. И люди останутся без смысла жизни. Но это уже философия.

Шикарный регион – Московская область. Ямы не столько ремонтируют, сколько оцифровывают. Естественно, для нашего с вами удобства. Это передовые технологии.

Сергей:

— Я очень уважаю вашу передачу, уважаю ведущего, правда. Я не первый раз вас слушаю. Я патриот Родины. Я инженер, я вот считаю, что надо немедленно менять социальную политику. Деньги есть…

Делягин:

— Понял. Спасибо большое. Сергей, беда в том, что вы патриот Родины. Судя по всему, патриот России. А люди, у которых дворцы в Австрии и чудесная недвижимость в Великобритании, они, судя по всему, патриоты других стран. И у них есть гениальное самоназвание – оффшорная аристократия. Это люди, которые на нас с вами смотрят как на крепостных и на быдло, а себя они воспринимают как аристократов. При этом принадлежащих не России, в отличие от царских помещиков, а к оффшорным зонам. Вот у меня ощущение, что именно эти люди определяют и социальную, и экономическую политику. И рассказывать им о том. Что нужно что-то развивать в России, это примерно то же самое, что коменданту Освенцима рассказывать, что евреи – тоже люди.

У нас есть еще одна потрясающая новость. Это не новость, это процесс, который идет. Но я не могу о нем не сказать. Никого не удивляет уже уничтожение московского здравоохранения под видом оптимизации и реформирования. Самый богатый город страны, один из богатейших городов мира на самом деле – Москва, столица нашей Родины, очень резко сократила здравоохранение. Это случилось после того, как помощником профильного вице-премьера пару лет поработала госпожа Гайдар Маша, или уже Мария, в силу возраста, стоит ее так называть. Это, может быть, вызвано не ее деятельностью, а просто случайное совпадение, но, тем не менее, совпадение очень знаменательное. Тогда говорилось, что эта попытка сделана для того, чтобы изъять недвижимость. Потом выяснилось, что, скорее всего, просто окрепший медицинский бизнес Москвы решил, что бесплатная государственная медицина для него конкурент, и резко сократил, действуя через мэрию, объем этой медицины.

Но вот следующая новость. В Москве есть, и до сих пор, Московская онкологическая больница № 62. Одна из лучших в стране. Отзывы восторженные. При том, что это очень страшная сфера – онкология. Мы все это понимаем. Но все отдельные службы работают очень качественно и слаженно. То есть не отдельные специалисты, а именно создан трудовой коллектив. Два года прошлые – 2015-й и 2016-й – там шли бесконечные проверки. За два года 34 проверки. И очередная проверка идет сейчас. Проверку осуществляют среди прочих специалистов аж три заместителя вице-мэра. Смешная должность – заместитель вице-мэра, но тем не менее. Наверное, такое есть в нашей бюрократии. 8 ноября правительство Москвы распорядилось изменить тип 62-й больницы. Грубо говоря, раньше больница сама себе могла покупать лекарства, а начиная с 8 ноября, она обязана покупать только через московскую мэрию, только через ее структуры, через департамент здравоохранения Москвы. В результате цены на те же самые препараты, по словам главврача больницы, уже бывшего, Махсона, выше в несколько раз. Человек действительно официально делает заявление. Он главврач больницы, который, судя по всему, ее и создал такой, или, по крайней мере, не дал ее разрушить. То есть человек, который является абсолютным авторитетом в своей сфере. Он приводит конкретные примеры лекарств, которые больница закупала в разы, а в отдельных случаях – в десять раз дешевле, чем закупала мэрия Москвы. Его немедленно обвинили в том, что он покупал лекарства с истекающим сроком годности. Извините, если срок годности есть, значит его можно применять. Если больница применяет лекарства за два дня до истечения срока годности, или даже в последний день, то это нормально, никаких рисков здесь нет. И никто не позволит больнице держать у себя, тем более в Москве, просроченные лекарства. Так что это разговор пустой.

И похоже, что это просто бизнес. Потому что вице-мэр Москвы по социальным вопросам господин Печатников, который является символом, на мой взгляд, разрушения московского здравоохранения, уже обвинил больницу во всех смертных грехах. Правда, тут же отметил, что согласовал подход, в котором он обвиняет больницу в том, что она закупала лекарства с истекающим сроком годности, что он сделал это с одобрения мэра Собянина и согласовал это. Московские власти проводят непонятные действия. Но главврач Анатолий Махсон, который пытался сопротивляться безумному завышению цен на лекарства, он больше не является главврачом этой больницы. И он уйдет, будет вынужден уйти. И, судя по всему, теперь люди, которые закупают лекарства в разы, а то и на порядки дешевле, чем это можно делать на рынке, причем лекарства для онкобольных, то есть это вопрос жизни и смерти, это не вопрос повышения или снижения трудоспособности, это вопрос жизни и смерти, вот люди, которые закупали лекарства, от которых зависит жизнь и смерть, закупают в разы дороже, а то и на порядки, они избавились теперь от проблемы, от того, что 62-я больница лечила людей по более низким ценам. Вот это, на мой взгляд, чудовищно. Это преступление, с моей точки зрения, по крайней мере, это так выглядит, которое совершается сейчас.

Я понимаю, что люди, которые не способны разгородить место под парковку, я понимаю, что люди, которые не способны уложить плитку на улицах, тем более не способны объяснить, зачем нужна плитка вместо асфальта, что для этих людей что-то, работающее хорошо, нестерпимо, по-видимому, потому что является живым укором и живым обвинением. И нужно сделать, чтобы это работало как и все остальное. Знаете, это очень скверная ситуация. Это очень здорово пугает. И это создает угрозу того, что если не 2017-й, то 2018-й год станет семнадцатым годом в историческом смысле этого слова.

Николай:

— Николай из Саратова. У меня такой вопрос. Я ровесник президента, пенсионер, естественно. Меня волнует пенсия. Я спрашивал многих товарищей, я не буду свои заслуги говорить, где я чего, но все мои ровесники получают, как и я, 10 тысяч рублей. Кто где работал, по-разному. Оказывается, коэффициент, сколько бы ты ни заработал денег, больше чем 1,2 наши не пропускают. 10 тысяч рублей – всё, живи как хочешь. Я сейчас нахожусь на работе. Вынужден работать в охране. Заводы стоят, хотя я и специалисты, кстати, я экономист по образованию. У меня такой вопрос: как вы видите дальше совершенствование пенсионной системы нашей? Ведь из этого…

Делягин:

— Спасибо большое. Я понял. Вот для людей с Гайдаровского форума, для этих либералов идеальным, на мой взгляд, является ситуация, по крайней мере, если судить по их словам, по их заявлениям, по их стремлению, маниакальному стремлению повысить пенсионный возраст, идеальной является ситуация нулевых годов, когда в среднем россияне не доживали до пенсии. Когда пенсионный возраст мужчин был выше, чем средняя продолжительность жизни мужчин. Это было результатом либеральных социально-экономических реформ в 90-х годах. Им, судя по всему, эта ситуация очень понравилась. Они хотят к ней вернуться. Пенсионный кризис, на который они ссылаются, вызвала система обложений фонда оплаты труда, если учесть обязательные соцвзносы и учесть лазейки для богатых, то у нас чем человек беднее, тем он больше платит налоги. Поэтому люди уходят в тень, у нас налоги не платят от 17 до 30 млн. человек работающих, по разным оценкам. И, соответственно, эти деньги не поступают ни в бюджет, ни в пенсионный фонд. Здесь причина пенсионного кризиса. Но поскольку богатые либералы не хотят платить налоги, как это делается во всем мире, со своих колоссальных легализованных ими доходов, они всячески блокируют, и мы слышали это из уст Медведева, любую мысль о том, чтобы привести систему налогообложения личных доходов в соответствие с мировой практикой.

Соответственно, денег в пенсионном фонде не будет. И вам деньги добавлять, если и будут, то в час по чайной ложке. Я просто напомню, что вас обманули официально, не индексировав вашу пенсию, не полностью индексировав вашу пенсию в прошлом году. Вы сейчас получите пять тысяч рублей, надеюсь, на следующей неделе. Надеюсь, без задержки. А потом вам будут по-прежнему индексировать пенсию, если вам повезет, в меру официальной инфляции, которая вдвое ниже реальной инфляции. Но я четко знаю, вот мен 48 лет, что мое поколение, что вот я пенсии от этого государства иметь не буду. По крайней мере, ту пенсию, на которую можно прожить хотя бы на уровне прожиточного минимума. Реального, разумеется. Вот я пенсии иметь не буду. И все мое поколение, и все люди младше меня, и многие люди старше меня, это тоже понимают прекрасно. Что эти люди, которые пришли, по всей видимости, для того, чтобы разграбить страну, в этом смысл их жизни, пенсий платить нам не собираются. По крайней мере, те пенсии, на которые можно по-человечески жить. Я думаю, что вам стоит исходить из этого. Потому что любая неожиданность имеет право быть только приятной.

Александр:

— Александр Невский. Здравствуйте. Я слушаю вашу передачу, что ну вот есть честные люди. Умные и честные люди существуют.

Делягин:

— Понятно. Вопрос?

Александр:

— Вы знаете, я что хочу сказать. Что мы вас поддерживаем во всем. Майдан нам не нужен, потому что это бандеровская тема. Но мы им революцию сделаем. Всех бесов, демонов – всех их отсюда, всех! Путина, Медведева. Изберем нормальных людей. Прогрессивных людей. А власть, она же держится за это…

Делягин:

— Спасибо. Вы знаете, есть хорошая штука, называется учебник истории КПСС. Его можно взять в интернете, скачать. Посмотрите, почитайте там то, что касается Февральской и Великой Октябрьской социалистической революций. В отсутствии партии большевиков, в условиях организованной политической силы, к власти приходит не Ленин. К власти приходит Керенский. А Керенский – это и есть нынешние, на мой взгляд, медведевы, шуваловы и прочие улюкаевы, набиуллины. Это люди абсолютно беспомощные, абсолютно враждебные своей стране. Хуже тех, кого они сменяют. Без организованной политической силы, при всей нашей ненависти к бандеровцам и нелюбви к нацизму, у нас будет бардак хуже, чем на Украине, к сожалению. Поэтому у меня есть даже профессиональные революционеры среди моих знакомых, для них революция не является чем-то идеальным. Революция – это чудовищная судорога общественного организма, в которой организм может и погибнуть. Но если он выживает, он выходит из этой судороги переломанным. И нужно колоссальное, чудовищное усилие, колоссальный труд, чтобы этот организм потом нормализовать. Малейшая возможность обойтись без революции должна быть использована. Но не факт, что нам ее дадут медведевы, шуваловы и набиуллины.

comments powered by HyperComments