Друзья, за последние 100 лет об этом человеке написано столько текстов, что один их анализ может претендовать на новую отрасль исторического знания. Становиться в ряд исследователей, как говорится, «жизни и творчества», в разные времена было и почетно, и опасно, и выгодно, и ответственно, но мало когда – продуктивно. Почему? Потому, что большинство авторов пытались оценить личность на фоне эпохи, то есть в определенных исторических обстоятельствах. При этом их оценка зависела от разнородных по фактическому составу и разнонаправленных по цели факторов. Не удивительно поэтому, что до сих пор нет более или менее стабильного научно обоснованного оценочного суждения относительно «вопроса мирового значения», по выражению Мао Цзэдуна[1]. Очевидно, что необходим методологический перелом в этом вопросе. Не судить о человеке в рамках эпохи, а дать оценку эпохе и уже из нее выводить оценку человека в соответствии с его социальной ролью в данный период – вот что нужно для научного осмысления проблемы. Одним из первых такой методологический подход предложил А.А. Зиновьев[2]. Попытаться оценить эпоху в целом, в сравнении с другими по временной и пространственной протяженности цивилизациями, а уж потом раздавать всем «сестрам по серьгам» – вот что необходимо для научно обоснованного анализа. Сперва проанализировать сущность исследуемого социального объекта (в нашем случае – СССР второй половины 1920-х – начала 1950-х годов). Затем, и только на основании полученных данных, выяснять роль каждого в организации его социального бытия. Данный индуктивный метод логической социологии всесторонне описан в работах А.А. Зиновьева[3].

Самое интересное, что для оценки эпохи, например, 1930-х годов, или периода Великой Отечественной войны, или в целом тридцатилетия (1924-1953 гг.) у нас есть все необходимые данные. Но для этого потребуется длительная работа целого ряда специалистов. Я говорю, например, о современных диссертационных исследованиях, напрямую не затрагивающих интересующую нас проблематику, но основанных на значительном историческом и эмпирическом материале регионального и отраслевого характера.

Комплекс научных (диссертационных) исследований по различным отраслям науки и техники является источником, если не объективного, то вполне беспристрастного анализа роли каждого руководителя данной отраслью в определенный исторический период. Сюда можно добавить диссертации по философии,  педагогике, искусствоведению и т.д. Даже беглого знакомства с выводами многочисленных и независимых друг от друга ученых будет достаточно, чтобы признать несомненные успехи советского общества во всех отраслях знания, достигнутые после окончания гражданской войны. В этом контексте достижения второй половины ХХ века (в том числе полет в космос!) представляются результатом, хоть и затухающего, но еще инерционного развития.

Каждый руководитель определенной отрасли должен оцениваться (именно как руководитель – определяющее лицо) в соответствии с критериями успешного развития и функционирования руководимого им общественно значимого сектора. Руководитель макросистемы – по совокупности успешного функционирования микросистем. Делаем выводы.

Есть и объективные данные. Например, статистика (как бы кто к ней не относился). Материалы о демографии. Несмотря на то, что спорным сегодня является тезис о непосредственной зависимости рождаемости от материальных условий жизни, трудно отрицать тот факт, что убыль населения (за исключением естественной) в указанный период была вызвана, главным образом, внешними причинами – бесчеловечными по своим целям попытками продвижения на Восток фашистской Германии. Трудно также отрицать, что, несмотря на гигантские потери (27 млн. человек во Второй мировой войне), Советский Союз нашел силы для восстановления. Без адекватной демографической и социальной политики сделать это было бы просто невозможно. А учитывая то, что и до и после войны развивалась социокультурная сфера, и был обеспечен 8-часовой рабочий день, сделано это было отнюдь не одними лишь принудительными мероприятиями власти.

Здесь, конечно, многие возразят, ссылаясь на личный опыт или опыт знакомых (родственников). Поэтому необходимо сказать несколько слов о таком специфическом источнике как мемуары. Считаю, что воспоминания свидетелей эпохи должны оцениваться не метафизически «дистиллировано», а в соответствии с той социальной ролью, которую играли в тот или иной исторический период авторы воспоминаний. Как говорил немецкий философ XVIII в. Иоган Годфрид Гердер: «Всякий человек любит свою страну, свои нравы, свой язык, свою жену, детей не потому, что они лучше всех на свете, а потому что они показали, что принадлежат ему, потому что в них он любит себя самого и труд свой»[4].

Военачальники и солдаты, ученые и государственные деятели, рабочие и инженеры – все, кто приложил усилия для создания, а затем для защиты государства, все, кто ценил труд свой на благо Отчизны, отзываются об этой сложной эпохе, в целом, положительно. Иное мы наблюдаем, когда знакомимся с оценкой периода «жертвами системы». В качестве примера можно привести воспоминания 454 таких «жертв», на основе которых осуществлено исследование британского историка О. Фигеса (Файджеса) (Orlando Figes) «Шептуны. Частная жизнь сталинской России»[5]. В случае с Файджесом, как видно из иностранной печати (The Guardian), профессиональной оценке подверглись также и методы, используемые самим автором[6]. Выдумывать, приписывать, «допускать неточности», а потом оставлять на профильных интернет-порталах положительные отзывы о своих изданиях и отрицательные о работах коллег – методика, далекая от принципа «субъективной беспристрастности», предложенного А.А. Зиновьевым! Думается, что и выводы в данном случае соответствуют методам.

Можно еще прибегнуть к свидетельствам очевидцев – гостей из-за рубежа (иностранцев)[7], но это излишне и неоправданно увеличит объем данной статьи без качественного изменения содержания. А вот при осуществлении специального исследования такой анализ будет практически необходим.

В заключении выскажу гипотезу: всесторонний беспристрастный полидисциплинарный анализ социального объекта под названием «СССР 1925-1953 годов» в качестве результата будет иметь позитивную оценку лица, осуществлявшего общее руководство этим объектом. Но, не будем произносить его фамилии, как и договаривались вначале…

Владимир Александрович Сомов, д.и.н., профессор Приволжского филиала Российского государственного университета правосудия.    


[1] Мао Цзэдун. Маленькая красная книжица. М.: Алгоритм, 2007. С.378.

[2] См.: Сомов В.А. Беседина Е.С. А.А. Зиновьев о проблемах исторического познания советской эпохи // Новейшая история России. 2018. Т.8. №2. С. 507-517.

[3] Например: Зиновьев А.А. Сталин – нашей юности полет. Социологическая повесть. М.: Эксмо, 2002. Зиновьев А.А. Логическая социология. М.: Социум, 2002 // http://conflictmanagement.ru/wp-content/uploads/2013/12/Logicheskaya-sotsiologiya.pdf

[4] Гердер И.Г. Идеи к философии истории человечества. М.: Наука, 1977. С.23.

[5] Figes O. The Whisperers: Private Life in Stalin’s Russia. New York, 2008. 739 p.

[6] Роберт Бут (Robert Booth), Мириам Элдер (Miriam Elder). В России забраковали перевод Орландо Файджеса из-за обвинений в неточностях // https://inosmi.ru/history/20120525/192567057.html (дата обращения 18.03.2019)

[7] Например, Джозев Дэвис, Леон Фейхтвангер и др.

comments powered by HyperComments