В Русской Церкви есть небольшое течение, возникшее в начале XIX века — единоверие. Это направление, которое представляло собой промежуточную инстанцию между старообрядцами и новообрядцами, внутри господствующей Церкви. Они пошли на интересные шаги: иерархия Русской Православной Церкви приняла решение о том, что для облегчения перехода староверов в новообрядчество можно допустить для них сохранение обряда (старообрядческий уклад службы, правил, чинов, поведения в храме, двуперстное знамение и пр.), но не рассматривать их как отдельную церковь.

Для новообрядцев обрядовая, ритуальная сторона была не так принципиальна. Частично вернулись дораскольные правила, частично укрепились новые обряды. На этом основании уже в начале XIX века можно было принять старообрядцев с их ритуалами, с полнотой доракольного наследия. Во время правления Николая I единоверие отчасти стало инструментом государственной политики по борьбе со старообрядчеством — тогда в единоверие загоняли насильно, несколько дискредитировав идею (объединения и принятия староверов).

К концу XIX века и началу XX-го единоверие вновь поменяло смысл. Появились такие фигуры, как епископ Андрей (Ухтомский), епископ Симон (Шлеев). Они сказали, что речь не о старообрядцах, переходящих в новообрядчество — речь идет о воссоединении двух частей дораскольной Русской Церкви. И те, и те что-то утратили, у обоих появились новаторские элементы. Поэтому некоторые говорили о Свято-Русской Церкви, о том, что надо ее восстановить.

Сегодня единоверие все больше и больше привлекает внимание верующих, которым необходима полнота богослужения, которые хотят прийти не в старообрядчество, а к дораскольным корням Церкви. Сегодня в единоверие большинство людей приходит из новообрядчества. Единоверие становится платформой, куда приходят и из старообрядчества, и из нового обряда. Единоверческих приходов становится все больше.

Но единоверие — это другая философия. Это может быть элементом консервативного движения в Церкви в целом, стать магистральным движением русского самосознания в сторону корней. Это и движение назад, и движение вперед. Причем для единоверия сейчас хороший момент, учитывая обострение с Константинопольским патриархатом и Украиной. Восстанавливая полноту московской традиции, мы следуем за основной логикой Русской Церковной истории. Конфликты с Константинополем и Украиной подчеркивают ее актуальность.

Еще одна важная черта единоверия — сохранение старообрядческого подхода к нравственности, нетерпение к современности и уклонение от древних устоев. Многие люди приходят сегодня в единоверие за нравственным стержнем, за мужественным отношением к вере.

comments powered by HyperComments