Пять лет назад А.Вайно, А.Кобяков и А.Сараев опубликовали книгу «Образ победы».  В ней была описана концепция, основные блоки и принципиальные алгоритмические подходы для создания нооскопа – платформы прогнозирования глубинных процессов и тенденций. Когда спустя несколько лет один из авторов проекта Антон Вайно стал новым главой Администрации Президента, российская просвещенная общественность и западные медиаресурсы стали дружно издеваться над нооскопом. Однако издеваться было не над чем. Более того, сюжет с нооскопом стал еще одной иллюстрацией известного тезиса: в мире вообще, и в России, в особенности «нет пророков в своем отечестве».

Примерно в те же годы, когда разрабатывалась концепция нооскопа, в одной из цитаделей американского военного мышления и конфликтного прогнозирования – Джорджтауне, районе Вашингтона – Калев Литару стал разрабатывать социономику для всех и вычислительную политическую социологию для американского военно-разведывательного сообщества. Еще пять лет назад в моем блоге впервые на русском языке было подробно рассказано о разработках Калева Литару здесь и здесь.

Примерно в те же годы при поддержке DARPA и Джорджтаунского университета начал разрабатываться проект GDELT. Проект был нацелен на глобальную оцифровку мировой истории, начиная с XX века. Организующей единичной ячейкой базы проекта стало событие. На событие завязывались все другие характеристики и ячейки базы данных. Первоначально каждое событие описывалось примерно 15 характеристиками. В настоящее время это число значительно возросло. События, их участники, локации и т.п. теперь содержатся в хранилище и базе не только в виде текстовых, но и фото и даже видеофайлов.

В последние несколько лет проект  GDELT стал напоминать айсберг. Как у всякого айсберга у него есть открытая, и  гораздо более массивная по размерам, закрытая часть.

Открытая часть – так называемая «социокультурономика» – представляет собой глобальную базу о событиях, пополняемую в режиме онлайн. Она имеет API для сторонних разработчиков.

О закрытой части проекта известно мало, а в индексируемом, видимом интернете – практически ничего. Поскольку по закрытой части не проводится пресс-конференций, не выпускается  пресс-релизов, общедоступные медиа не сообщают широкой общественности о новостях проекта, касательно закрытых разработок. Подчеркну, закрытая – не означает во всех случаях секретная. В США многие разработки, так или иначе, описываются в научных статьях, в докладах на конференциях, и при этом излагают те или иные компоненты закрытых проектов. Подавляющая часть подобных материалов находится в так называемом «невидимом» интернете. Они не индексируется Google, а соответственно и не существует для подавляющего большинства пользователей. Сегодня невидимый интернет включает не только текстовые и табличные сведения, но и фото и даже видеоконтент. Если внимательно следить за определенными секторами невидимого интернета, то там можно обнаружить массу интересной информации. В том числе той, которая размещается на незначительное время и защищена от копирования и тем более скачивания.

В мае 2017 г. в Университете штата Аризона прошла конференция. На ней обсуждалась новая разработка Калева Литару и проекта GDELT – Дестрометр. Дестрометр – это фрагмент большой закрытый темы, осуществляемой в рамках проекта GDELT.  Разработка финансируется научно-исследовательским агентством американского разведывательного сообщества – IARPA, и фабрикой мысли Google. Дестрометр – это своеобразный термометр социально-политической напряженности в стране, регионе или конкретной местности. Название происходит от английского – destroy.

Дестрометр позволяет фиксировать не только текущую напряженность, но и прогнозировать будущую. Общество – это сложная система. В любой сложной динамической системе переход их относительно стабильного к крайне нестабильному состоянию чреват либо хаосом, либо формированием новой организованности,   происходит не постепенно, а скачкообразно. К.Маркс и Ф.Энгельс называли это переходом количества в качество, французский математик Р.Тома – катастрофой, основатели синергетики – бифуркациями, а современная прикладная математики – фазовым переходом.

В докладах, прозвучавших на конференции в Аризонском университете, не содержалось подробного описания дестрометра, но суть его была изложена. Она сводится к следующему. Выделено некоторое число параметров – индикаторов, характеризующих тенденции социально-политической напряженности. Кроме того, из общего числа индикаторов была на основе эмпирических наблюдений и вычислительного моделирования выделена та группа индикаторов, которая, как правило, изменяется скачкообразно. Наконец, из этой совокупности были выделены индикаторы, которые изменяются опережающе по отношению ко всем другим индикаторам, характеризующим фазовый переход. Такое построение дестрометра очень сильно напоминает аналитико-прогнозные платформы, используемые на финансовых рынках, так называемыми квантами – математиками, которые пришли на смену традиционным дельцам Уолл-Стрита.

Также в докладах было рассказано об опыте использования дестрометра для анализа и прогнозирования конфликтов в мире. Можно понять, что индикаторы, используемые для построения дестрометра для развитых стран, в основном G20, заметно различаются от индикаторов, входящих в состав дестрометра для периферийных стран. Если глубоко не углубляться в тему, выяснилось примерно следующее.

За последние 50 лет подавляющая часть внутренних конфликтов, смут и революций произошла в периферийных странах, когда друг на друга накладывались три процесса. Во-первых, нарастала доля молодежи, особенно в возрасте 15-25 лет, в общей численности населения. Во-вторых, имело место, в силу самых различных причин, ухудшение материального положения населения в целом. При этом применительно к молодежи заметно снижалась социальная мобильность общества, а значительная часть бедно живущего населения в результате ухудшения материального положения скатывалась в нищету в буквальном смысле этого слова, и более того, голод и полную незащищенность от агрессии. Наконец, в-третьих, в странах либо усиливалась внутренняя борьба между различными группировками в правящем слое, либо эти страны оказывались территорией геополитических или конфессиональных конфликтов, выходящих далеко за рамки этих стран.

В рамках проекта удалось формализовать все эти тенденции и перевести их динамику на язык количественного изменения показателей индикаторов и взаимосвязей между ними. Вчерне эта работа была завершена еще в 2013 г. На конференции один из докладчиков упоминал, что дестрометр для периферийных стран, использовался для прогнозирования гражданских ненасильственных и вооруженных конфликтов, революций и мятежей в период 2014-2016 гг. Он показал 85%-ую прогностическую эффективность. Т.е. более чем для четырех из пяти действительно состоявшихся гражданских вооруженных и ненасильственных, но острых, конфликтов, революций, мятежей и переворотов в этот период для стран, не входящих в G20, дестрометр дал верные прогнозы. На конференции был сделан вывод: пока радоваться рано. Необходимо еще два-три года прогностической проверки, чтобы вынести окончательный вердикт об эффективности дестрометра для периферийных государств.

Также на конференции был сделан доклад об основных принципах дестрометра для зрелых обществ. Как правило, для прогнозирования острых конфликтов, элитных переворотов, гражданских мятежей и революционных событий в зрелых развитых странах Европы, Северной Америки и других странах, входящих в G20, использовалась так называемая «кривая Дэвиса». Суть ее в том, что конфликты в обществах нарастают не тогда, когда материальная ситуация у большинства населения значительно ухудшается, а тогда, когда после длительного периода повышения уровня жизни основной части населения затем наблюдается его снижение.

Кривая Дэвиса характеризует необходимые, но не достаточные для острых социально-политических конфликтов условия. Необходимые и достаточные условия складываются, когда действие принципа Дэвиса накладывается на изменения в поведении наиболее активной части общества.

Проект заставил всерьез задуматься, что для прогнозирования социально-политической динамики, разделение общества на богатых, средний класс и бедных, малополезно. На основе алгоритмической обработки данных о гражданских конфликтах в развитых странах в последние 50 лет, удалось установить следующее. С социально-политической точки зрения общество делится на три кардинально неравных части:

— первая – это малочисленная элита, которая в подавляющем большинстве развитых стран не превышает 1-3% населения. При этом, стабильность данного показатели практически не зависит от уровня неравенства по доходам или имуществу. Грубо говоря, 1-3% – это всегда 1-3% и для США, России и Китая с очень высоким уровнем дифференциации по доходам, и особенно по активам, и для Германии, Японии или Канады – с на порядок меньшим уровнем дифференциации;

— вторая – это 75-85% социально-политически пассивного населения. Подавляющая часть населения, вне зависимости от уровня неравенства и даже тенденций в изменении  доходов (в определенных пределах), ведет себя в развитых странах конформно, пассивно, следует сложившимся поведенческим стереотипам и политическим привычкам. Практически в любой ситуации эта часть является ведомой. Переход основной массы населения из политически пассивного в активное состояние происходит только при экстраординарных событиях. Удельный вес доли характерен практически для всех развитых государств, вне зависимости от уровня и распределения доходов в той или иной стране.

— третья – составляет от 10 до 20% населения в зависимости от конкретной страны. Это – социально-политически активная часть. Именно она является главным актором фазового перехода от стабильности к социально-политической турбулентности, включая гражданские волнения, мятежи, революционные события, и даже гражданские войны.

Кризисные события становятся практически неизбежными, если состояние пассивного большинства характеризуется переломом кривой Дэвиса, а политически активная часть становится остро недовольна элитой.

Принадлежность к этой – активной – группе лишь частично зависит от уровня доходов, демографических показателей и т.п. Гораздо более важную роль играет, как это называет Калев Литару, «ориентация человека или групп на способности или потребности».  Если описывать грубо, ориентация на потребности выражается в конформном поведении, стремлении приспособиться к существующей социально-политической ситуации, и использовать ее в личных интересах. Конформное поведение отнюдь не всегда предполагает неприятие перемен. В случае, если социальные лифты в стране отключены, конформисты быстро превращаются в нонконформистов, поскольку не могут реализовать в данной системе свои потребности и интересы.

Что же касается людей и групп, ориентированных на способности, то для них решающими являются возможность самореализации, уровень свободы и, наконец, отсутствие препятствий для формирования внутри социально-политической ситуации различного рода групп, объединений, сообществ, т.е. разнообразие жизни.

Исходя из изложенных выше и иных, неозвученных на конференции в Аризонском университете, концептов в рамках закрытой программы GDELT был создан дестрометр для зрелых обществ, включая страны G20. Во второй части поста попробуем, исходя из того, что известно о дестрометре, посмотреть на текущую ситуацию в России. Постараемся опережающим образом вывить наиболее взрывоопасные проблемы и темы. Есть основания полагать, что они, хотя и связаны с коррупцией, к ней не сводятся, и имеют не менее системный характер.

ИсточникHRазведка
Елена Ларина
Ларина Елена Сергеевна (1964 г.р.) – предприниматель, аналитик, преподаватель. Постоянный член Изборского клуба. Родилась, училась и работаю в г. Москве. Получила высшее экономическое и юридическое образование, соответственно в Российском экономическом университете им. Г.В.Плеханова и Институте международного права и экономики им. А.С.Грибоедова. Генеральный директор компании «Персоналинвест» и соучредитель компании «Хайрест». Подробнее...