О кавказском округе

Максим Шевченко

Накануне открытия Олимпиады в Сочи глава Дагестана Рамазан Абдулатипов заявил, что после Олимпийских игр Северо-Кавказский федеральный округ нужно продлить до Ростова, пояснив это тем, что в сегодняшних границах эффект от некоторых федеральных программ минимальный. Не хватает интеграции с другими территориями, подтвердили главы других регионов СКФО. С ними согласен и главред портала "Кавказская политика" Максим Шевченко. Однако, максимум, что и надо было бы присоединить к СКФО, по его мнению, – Кубань и Краснодарский край. В интервью Накануне.RU журналист рассказал о том, объединят ли СКФО и ЮФО и кто пугает россиян терактами за считанные дни до Олимпиады.

Вопрос: Максим Леонардович, как Вы относитесь к идее президента Дагестана Рамазана Абдулатипова о том, что "после Олимпиады в Сочи Северо-Кавказский федеральный округ надо восстанавливать от Роста и ниже"?

Максим Шевченко: Я считаю, что донские земли не надо включать в Северо-Кавказский федеральный округ, я бы его вообще не называл Северо-Кавказским, я бы назвал его Кавказский. Кстати, Кубань и Краснодарский край можно было бы и включить, но Дон не имел к этому никакого отношения, и это творческие фантазии Рамазана Гаджимурадовича.

Вопрос: Может быть, СКФО стоит включить в состав Южного федерального округа?

Максим Шевченко: Нет, решение о создании СКФО было абсолютно правильным, только, как и всяким инструментом, надо уметь им пользоваться. Если полпреда наконец наделить экономическими, финансовыми и кадровыми полномочиями, то тогда это все имеет смысл, а если это просто набор конфликтующих между собой этнических республик, тогда в СКФО, конечно, никакого смысла нет.

Округ имеет смысл только в том случае, если у него есть единый подход планирования и стратегического управления. Например, там можно сделать транзитный нефтегазовый коридор между Махачкалой и Новороссийском. Транспортный потенциал этого региона огромный, просто невероятный. Он может стать житницей Российской Федерации, если правильно к этому делу подойти, но для этого первое лицо округа должно быть наделено достаточно высокими полномочиями, большими, чем полномочия любого полпреда в любом другом регионе России.

Вопрос: Возможно ли, что как раз по этой причине у округа почти нет экономических контактов с другими территориями?

Максим Шевченко: Отдельные республики, конечно, замыкаются, везде образуется своя элита, этническая, как правило, это нехорошо и неплохо, это просто объективная реальность. И очень высока субъектность экономического и политического пространства, очень высок уровень привнесения в это пространство этнической компоненты, что, естественно, потому что в этом регионе живет несколько десятков народов.

Вопрос: Когда создавался регион, шли разговоры о том, что одно из его предназначений – ограничить амбиции Рамзана Кадырова …

Максим Шевченко: Я такого не слышал, это мнение каких-то частных дилетантов, и я не знаю ни одного серьезного человека, который имел отношение к созданию округа и который бы формулировал это так. Это мнение каких-то школьников первых классов, потому что Рамзан Кадыров всего-навсего один из глав субъектов Российской Федерации, который может быть снят президентом с работы. Поэтому создать округ для таких задач – бред, который надо оставить блогерам и разного рода дилетантам.

Кавказ — слишком важный регион для интересов в России, чтобы в нем не было создано некое стратегическое подразделение, вроде округа, которое занималось бы всей совокупностью проектирования политики России на Кавказе, политики военной, этнической, геополитической, экономической. А привязывать это к каким-то персоналиям регионального уровня – абсурд.

Вопрос: На днях в Сочи стартует Олимпиада, как Вы считаете, после ее проведения что-нибудь изменится на Кавказе?

Максим Шевченко: Олимпиада привела в эти регионы огромные деньги и возможности. В связи с Олимпиадой были достаточно успешно проведены антитеррористические операции, в ходе которых подполье понесло достаточно серьезные потери. Перед Олимпиадой были попытки, в том числе навести порядок и в элитной среде, знаменитые аресты, коррупционные дела. И я считаю, что эта тема будет развиваться, более того, мне не кажется, что округ находится в более тяжелом положении, нежели другие регионы России. У нас есть регионы и хуже, единственное, на их территории периодически не ловят террористические группировки. Хотя мы видим, что на Кавказ приезжают из разных регионов, в том числе заниматься джихадом.

Все будет зависеть от отношения федеральной власти к региону. Если Россия готова бороться за Кавказ, если она готова сделать так, чтобы весь Кавказ, до Аракса, был зоной жизненных интересов России, если она готова выстраивать такие отношения с Грузией, Азербайджаном и Арменией, то тогда в этом есть какой-то смысл. Если же у нас будет по-прежнему создаваться ощущение, что для групп московских элит Кавказ воспринимается как нагрузка, то тогда никакого будущего не будет.

Вопрос: Вы уже упомянули о террористических группировках, а стоит ли опасаться терактов во время Олимпиады, как многие уже пишут?

Максим Шевченко: Терактов стоит ждать всегда, потому что не решены коренные социально-экономические проблемы, не решена проблема с коррупцией, не решена проблема отчуждения между разными слоями общества, не решена проблема чудовищного социально-экономического неравенства, которая существует в регионе на разных уровнях. А пока это существует, всегда будут основания для радикальной проповеди и будут те, кто эту проповедь будут слушать. Она будет спекулировать темами социальной и политической несправедливости, произвола коррупции, что все абсолютная правда.

Поэтому проблему терроризма можно решать только с помощью глубоких социально-экономических преобразований, надо провести земельную реформу, отчуждение от собственности и от власти криминальных коррупционных кланов, связанных с Москвой. Ни один местный клан не может существовать без теснейших связей с Москвой, с кем-то из федеральных властей. Поэтому одними силовыми методами этот вопрос не решить.

Вопрос: А каковы шансы, что взрывы могут прогреметь на олимпийских объектах?

Максим Шевченко: Шансы абсолютно минимальные, такие меры безопасности, которые были приняты, сводят практически к нулю возможность терактов на олимпийских объектах. А взорваться может кто угодно и где угодно, в любой точке страны и мира. Думаю, что Олимпиада и Краснодарский край надежно защищены, дальше уже вопрос оперативной работы и профилактики. А заявления террористических группировов, которые говорят о том, что в Сочи будет теракт, это просто угрозы. Современный мир очень проницаемый, поэтому взрыв или электронный теракт – наша реальность. Чем сложнее система управления, тем выше вероятность сбоя. С этим надо жить и все. Когда мы ездили на лошадях, и у нас не было телефонов и электронных средств коммуникации, то угроза терактов была меньше. Мы просто живем в таком мире и его надо воспринимать адекватно.

Накануне.RU 6.02.2014

ПОДЕЛИТЬСЯ
Максим Шевченко
Максим Леонардович Шевченко (род. 1966) ‑ российский журналист, ведущий «Первого канала». В 2008 и 2010 годах — член Общественной палаты Российской Федерации. Член президентского Совета по развитию гражданского общества и правам человека. Постоянный член Изборского клуба. Подробнее...