До стен недвижного Китая

Наталия Нарочницкая

Дорогие друзья! Вы сегодня пришли на Пушкинский вечер, и я пришла на Пушкинский вечер. По-настоящему осознав, что такое Пушкин, понимаешь, что это – мы…

И я помню, что впервые осознала, что означает пушкинское понимание и пропускание через себя наших бед, наших взлётов и падений, в момент подписания пресловутых Беловежских соглашений, когда захотелось перечитать стихотворение «Клеветникам России», и я прочла, и зарыдала:

Или от Перми до Тавриды,

От финских хладных скал до пламенной Колхиды,

От потрясённого Кремля

До стен недвижного Китая,

Стальной щетиною сверкая,

Не встанет русская земля?..

И она не встала – и от этого я заплакала тогда. Но у мудрого Пушкина в другом месте (поэма «Полтава») сказано:

Но в искушеньях долгой кары,

Перетерпев судеб удары,

Окрепла Русь. Так тяжкий млат,

Дробя стекло, куёт булат.

Пушкин обладал фантастическим философским и историческим чутьём. Он предсказал появление русского – и даже сегодняшнего постсоветского либерала.

Ты просвещением свой разум осветил,

Ты правды чистый свет увидел,

И нежно чуждые народы возлюбил,

И мудро свой возненавидел.

Разве мы не свидетели именно такого либерализма?

Он предсказал и почувствовал, что великие свободы и вообще, свобода как категория, мучившая и волновавшая человека с древнейших времён по сегодняшний день, выродится, пожалуй, в рабство плоти и гордыни, и тогда уже был осторожен в оценках (Из Пиндемонти):

Не дорого ценю я громкие права,

От коих не одна кружится голова.

Я не ропщу о том, что отказали боги

Мне в сладкой участи оспоривать налоги

Или мешать царям друг с другом воевать;

И мало горя мне, свободно ли печать

Морочит олухов, иль чуткая цензура

В журнальных замыслах стесняет балагура…

Не хочу задерживать ваше внимание, но из пушкинских сентенций, мыслей, да ещё облечённых в такую фантастически скульптурную, литературную и поэтическую форму, вполне можно подготовить панорамную лекцию о современном геополитическом положении России. Это он в стихотворении «Бородинская годовщина» предсказал, что во время наступления Запада на Россию прежде всего встанет вопрос об Украине, о Киевской Руси. Это он написал тогда:

Куда отдвинем строй твердынь?

За Буг, до Ворсклы, до Лимана?

Кому достанется Волынь?

За кем наследие Богдана? <…>

Наш Киев дряхлый, златоглавый,

Сей пращур русских городов,

Сроднит ли с буйною Варшавой

Святыню всех своих гробов?..

И всё же сегодня мы оказались в нелегком положении, и повторяется опять та же ненависть, ревность Европы по отношению к нам «за то ль, что в бездну повалили / мы тяготеющий над царствами кумир/ и нашей кровью искупили/ Европы вольность, честь и мир?». Это повторилось с гитлеровским нашествием.

И опять они ненавидят, ревнуют и не могут пережить, что именно мы, варвары, «ватники», по их мнению, презрев любое понятие о неприемлемом ущербе (как сербы говорят: «Боле гроб, него роб» – «Лучше лежать в гробу, нежели быть рабом»), – мы повалили и этот кумир.

И сегодня всё это подвергается сомнению, но, тем не менее, я верю, что в этих трудностях, в искушениях долгой кары мы станем ещё крепче.

И главное, здесь надо понимать, что перед нами – вечное Отечество, а не греховные во все времена государства. Поэтому я и хочу обратиться к вам пушкинскими словами: «Мой друг, отчизне посвятим души прекрасные порывы!».

narochnitskaia.ru 24.02.2015

ПОДЕЛИТЬСЯ
Наталия Нарочницкая
Нарочницкая Наталия Алексеевна (р. 1948) – известный российский историк, дипломат, общественный и политический деятель. Доктор исторических наук. Старший научный сотрудник ИМЭМО РАН. Директор Фонда исторической перспективы. Президент Европейского института демократии и сотрудничества. Постоянный член Изборского клуба. Подробнее...