РЕПАТРИАЦИЮ И ПРИЕМ БЕЖЕНЦЕВ ИЗ СИРИИ НУЖНО НАЧАТЬ С СИРИЙСКИХ ЧЕРКЕСОВ

Максим ШевченкоМаксим Шевченко

Максим Шевченко, член Совета при президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека (СПЧ), написал открытое письмо президенту России Владимиру Путину с просьбой приютить в нашей стране часть сирийских беженцев.

Речь в первую очередь идет о репатриантах, например о сирийских черкесах. Их сейчас, по разным данным, на территории Сирии проживает от 80 тыс. до 150 тыс. Когда-то жители современной Адыгеи и Карачаево-Черкесии переселились на территорию Палестины, но в середине 1960-х во время арабо-израильской войны были вынуждены эмигрировать второй раз. Израильские войска не позволили остаться черкесским семьям на Голанских высотах.

«Это наши соотечественники, коренной народ Краснодарского края, Адыгеи», – отмечает Максим Шевченко. Действительно, несмотря на полтора века жизни в чуждой среде черкесы сохранили язык, национальные традиции и бытовой уклад. Даже по-арабски говорят с заметным акцентом, как утверждают исследователи ближневосточных кавказских диаспор. Исламизм чужд черкесской свободолюбивой культуре, поэтому за почти 150 лет арабы с адыгами так и «не сошлись характерами». Поэтому хочется сразу заочно ответить нашим прозападным «националистам», которые, прочтя эти строки, возмутятся: «Зачем нам еще чужие кавказцы, нам хватает тех, что есть!?». Успокойтесь – именно своеобразие черкесской культуры и их приверженность традициям, которую не сломили даже арабы, станет гарантией того, что их пребывание в России может только укрепить яркую мозаику кавказских народов и способствовать их более мирному существованию.

«На Кавказе много свободных земель: Карачаево-Черкесия, Кабардино-Балкария, Адыгея», – предлагает Шевченко места для поселений беженцев. Действительно, те черкесы, кто решил репатриироваться еще до начала сирийской войны или сразу после того, как обстановка начала накаляться (с конца 2011 года), селятся в местах своего исторического проживания.

По их собственным свидетельствам, им приходится выдерживать еще одни боевые действия – с российской бюрократией. И слова председателя комиссии ОП РФ по развитию общественной дипломатии и поддержке соотечественников за рубежом Елены Суторминой, которая прокомментировала инициативу Шевченко, звучат довольно цинично. «У нас есть закон «О беженцах», и в общем порядке они могут обращаться, никто не ограничивает», – отрезала чиновница. Но особенности получения статуса беженца и вида на жительство в России уже оценили те, кто был вынужден бежать с Украины. Люди Донбасса, и так пережившие немало страданий, были шокированы и бумажной волокитой, и «отфутболиванием» по разным инстанциям, и грубым, а то и откровенно хамским отношением. А ведь для них как раз был создан особый, упрощенный режим. Для любых переселенцев из Сирии вся процедура усложнится в разы, ведь они будут рассматриваться спецслужбами как потенциально опасные.

Все это может пробудить опасных спящих призраков Кавказской войны. В нашей стране сложилось особое отношение к черкесам. Казаки, охранявшие имперские рубежи и завоевания с екатерининских времен, охотно перенимали лучшее у тех наций, с кем приходилось воевать. И неслучайно верхняя одежда длинного покроя у казаков называется именно черкеской.

Русский военный историк, казачий генерал-лейтенант, участник Кавказской и Крымской войн Иван Диомидович Попко, составивший обширные труды о черноморских и терских казаках, писал в 1858 году: «Взяв у черкеса вооружение, одежду, седловку и посадку, вместе с тем он (казак – Прим. ред.) усвоил себе живость и удаль своего противника. Много значит, если казак любит свою одежду и вооружение, а линеец их любит. И кто не знает, что с одеждой и ухватками переходят дух и нравы?» «Применяясь к местным обстоятельствам, – писал далее он, – так важным в военном деле, старинные казаки, народ православный, не без достаточных причин принимали одежду, вооружение и даже обличием старались быть похожими на своих соседей-горцев».

Еще ранее, в начале XIX века, черкески, которые тогда еще называли черкесскими чекменями или кафтанами, носили адыги на службе у русских царей. За исключительную доблесть и преданность, а также из уважения к традициям и для поддержания боевого духа им было позволено носить свою национальную форму. Наши портные к тому моменту шить чекмени еще не умели, поэтому новую одежду царские воины получали «на заказ» от армянских купцов прямиком с родины.

Вскоре эти меры станут лишними. Л.С.Царева в научной работе «Из истории костюма линейного казачества» сообщает, что царским указом от 7 мая 1817 года, впервые регламентирующим униформу для кавказских казаков, установлено носить «рядовым казакам – верхний кафтан или чекмень черкесского покроя из темно-синего сукна, отороченный по краям черною шерстяной тесьмой в полпальца ширины и обшитый снаружи ее красным шнуром; воротник и обшлага из черного сукна, с красною суконною же выпушкою; на груди кафтана мишенные места для 16-ти пистолетных патронов». В 1828 году командующий войсками на Кавказской Линии генерал Емануель установил всем казачьим полкам на Линии однообразное обмундирование, вооружение и снаряжение «черкесского образца». Окончательно форма черкесского образца была закреплена в Кавказском Линейном казачьем войске законодательным актом от 16 января 1831 года.

Широко известен также и Черкесский полк в составе Дикой дивизии, воевавший на стороне Российской империи в Первой мировой войне. Черкесов и тогда отличали бравый вид, ярость в бою и железная дисциплина в строю. Для этого народа, искренне воевавшего за победу России, стала тяжким ударом революция. Говорят, что, узнав об отречении государя, кавказцы обратились к своим командирам: если русские гонят своего царя, пусть едет к нам, на Кавказ. Здесь ему будет почет, уважение и защита.

Возможно, прав Максим Шевченко, призывающий репатриацией сирийских черкесов внести вклад в окончательное закрытие темы Кавказской войны. Черкесы давно показали, каким преданным и искренним в отношении русских может быть этот гордый народ, если оценивать его по справедливости и достоинству. Знающие арабский язык, но далекие от радикализма, не опасностью, а огромным подспорьем могут они стать государству российскому в борьбе с исламистами ИГИЛ, которые, по слухам, уже готовятся хлынуть и на наш Северный Кавказ.

ПОДЕЛИТЬСЯ
Максим Шевченко
Максим Леонардович Шевченко (род. 1966) ‑ российский журналист, ведущий «Первого канала». В 2008 и 2010 годах — член Общественной палаты Российской Федерации. Член президентского Совета по развитию гражданского общества и правам человека. Постоянный член Изборского клуба. Подробнее...