Постепенно на Украине сходит на нет война памятников: запас советских монументов на просторах «нэзалэжной» уже близок к своему исчерпанию. Однако не воевать с памятью необандеровцы не могут: закончились бронза и гранит – можно сражаться с доставшимися от прежних времен праздниками. Например, с 23 Февраля или 8 Марта. А можно еще и на 9 Мая с 12 Апреля замахнуться: незачем европрислуге помнить о великих победах прошлого!

Однако, праздников в календаре не так уж и много, а банедеровская душа просит простора, чтобы разгуляться. И вот найден выход из ситуации: директор Украинского института книги Александра Коваль предложила зачистить библиотеки от советского фонда. Пылающие костры по образцу Третьего рейха мы, наверное, вряд ли увидим: в желающих заработать на ценном вторсырье дефицита явно не будет.

Тем не менее момент для нанесения удара нашими врагами выбран правильно. Сейчас мы наблюдаем триумфальное шествие электронных источников информации, в то время как классические бумажные издания все чаще влачат судьбу бедных родственников. Иными словами, чистка украинских библиотечных фондов гарантированно не вызовет активного сопротивления. И это значит, что на полках украинских книгохранилищ в скором времени останется исключительно расово (ой, простите, идейно!) правильная литература про трипольских протоукров, а также про Бандеру с Шухевичем.

Казалось бы, ну что тут такого? Ну уйдут несогласные в Интернет, будут оттуда, обходя расставленные властями препоны, скачивать запретную информацию. Да и какая может быть проблема, если количество электронных библиотек и виртуальных книжных магазинов растет с каждым днем?

Однако в этом и содержится превеликое заблуждение. Помню, как зимой 1997 года я был приглашен на первую в своей жизни серьезную научную конференцию, проходившую в подмосковном Звенигороде и посвященную вопросам использования компьютерных технологий в исторической науке. Прошла каких-нибудь пара-тройка лет с момента рождения Всемирной паутины, запустившей бурный процесс компьютеризации на всем земном шаре, и это поставило огромное количество вызовов перед сугубо гуманитарной отраслью знания. Один из пленарных докладов, прочитанный профессором из Минска Вячеславом Носевичем, так и назывался – «Жесткие проблемы «софта».

Если говорить простым языком, то докладчик был обеспокоен крайне низким на тот момент уровнем надежности хранения электронных документов: достаточно смениться поколению ЭВМ, и прежние массивы информации, на введение и обработку которых потрачено немало труда, либо оказывались утраченными, либо на их адаптацию к новой технике требовались ресурсы и время. Спустя пару десятилетий ситуация если и улучшилась, то не намного. Да, значительная часть информации в Интернете сейчас индексируется специальными серверами, позволяющими сохранить данные на случай прекращения работы сайта, хотя аудио- и видеофайлы, а также прочие прикрепленные документы при этом безвозвратно теряются.

Например, почти полностью утрачена информация эхоконференций сети FidoNet – предшественницы нынешней Всемирной паутины – с ее форумами и социальными сетями. Хотя именно эхоконференции могли бы стать ценнейшим источником по изучению целого ряда массовых молодежных общественных феноменов первого постсоветского десятилетия, как, например, то же самое автостопное движение: тогда дефицит денег в карманах и избыток дешевого времени сделали дальние путешествия на попутном транспорте весьма популярным занятием. Так вот самое интересное в том, что оно практически не оставило после себя никаких архивных документов, а всё его печатное наследие насчитывает от силы пару сотен книг, выходивших весьма малым тиражом, и пару тысяч газетных публикаций. Вся остальная информация хранилась в электронном виде, и на сегодняшних компьютерах уже нет ни дисководов для трехдюймовых дискет, ни программного обеспечения, способного расшифровать их содержимое. И что осталось, кроме воздыханий за кружкой пива о былых похождениях на трассе при встрече двух давно остепенившихся и разменявших в большинстве своем пятое десятилетие автостопщиков? Да ничего…

Это к тому, что именно печатное слово на бумаге является наиболее дальнобойным орудием информационной войны. Сложно сказать, насколько выдержат испытание временем серверы Всемирной паутины: нарастающая турбулентность все чаще вторгается и в информационную сферу. Не будем рисовать апокалиптические картины вселенской катастрофы: просто представим банальный выход оборудования из строя в одном из крупнейших дата-центров. А если сразу в нескольких? Другой вариант: глобальное виртуальное пространство все активнее делится на части линиями, совпадающими с государственными границами: вспомним Великий китайский файрволл и запрещенный в Поднебесной целый ряд вполне привычных нам соцсетей и блогерских площадок. И наконец, все чаще приходится слышать о цензуре в Интернете: ресурсы, подконтрольные Западу, включая Google, Facebook и Twitter, активно занимаются либо игнорированием, либо уничтожением неугодного контента.

А вот книги, журналы и газеты давно успели зарекомендовать себя в качестве необычайно надежного хранилища информации. Эту простую истину прекрасно понимают наши враги: после распада СССР Украина неоднократно пыталась расставить свои заявочные знаки в Донбассе либо в лице своих героев, либо путем адаптации наших известных персоналий к своей идеологии.

Ярким примером этого вида деятельности доморощенных необандеровцев стал глянцевый сборник очерков «Постаті», увидевший свет весьма небольшим тиражом в 2001 году в издательстве «Східний видавничий дім» в рамках проекта «Культурный портрет Донбасса». Он включает в себя 27 очерков о жизни выдающихся людей нашего края. Из них целых восемь (почти третья часть!) посвящены всевозможным антисоветчикам, таким как нацистский коллаборационист Владимир Биляев, петлюровец Никита Шаповал, диссидент Николай Руденко, а также малоодаренные и малоизвестные поэты-националисты Васыль Стус, Олекса Тихий, Василий Голобородько, Николай Чернявский и Эмма Андиевская. При детальном изучении биографий антисоветчиков выясняется одна очень интересная деталь: с Донбассом их не связывает ровным счетом ничего, кроме анкетной графы о месте рождения или учебы. И если бы не возник политический заказ, имена этих людей здесь никто бы и не вспомнил!

Также у авторов «Постатей» имело место приписывание украинского происхождения полярному исследователю Георгию Седову и сенатору Российской империи Евграфу Ковалевскому, да и олигарх Алексей Алчевский удостоился места в сборнике благодаря тому, что был вовлечен женой в деятельность украинских активистов, а совсем не благодаря постройке металлургического завода в городе, который был назван в его память.

К сожалению, в книге не нашлось места таким значимым личностям, как горный инженер Петр Горлов, руководитель атомной отрасли Ефим Славский, писатель Всеволод Гаршин, родоначальник русского кинематографа Александр Ханжонков, храбрые молодогвардейцы, космонавты, ученые, новаторы производства и многие другие, чьи имена совершенно не вписывались в украинский проект. Впрочем, авторы сборника ставили перед собой совсем другую цель: книга разлетелась по библиотечным полкам и превратилась в «капсулу времени», чтобы спустя годы стать чьим-то аргументом в споре о принадлежности Донбасса.

С нашей стороны в этом плане тоже были вполне удачные проекты. Недавно, например, с удивлением узнал, что в Киеве с вполне понятно чьей подачи активно изучают подшивки газеты «Донецкий кряж», сформировавшей взгляды многих активистов Русской весны. Забавно было вникать в выкладки националистических «исследователей» о том, к чему же издание столь систематически «подстрекало» своих читателей, и тогда меня посетила мысль о том, что газетные полосы стали не только памятником борьбы Донбасса за самоопределение, но также оказались историческим источником. В тот момент новым смыслом наполнились давным-давно услышанные слова старшего коллеги: «Пишешь в газету – пишешь для истории!» И если это касается простой утренней газеты, то журналы, а тем более книги, с годами приобретают изысканность коллекционного вина или коньяка многолетней выдержки.

Понятно, что сейчас, на фоне оперативности и вездесущности электронной информации, классические бумажные издания многим кажутся старомодными, неуклюжими и тихоходными с баснословной себестоимостью и отрицательной окупаемостью. Однако история не отличается прямолинейностью своего развития, поэтому на очередном ее вираже очень многое сделанное из современных материалов даст трещину, а многое из считавшегося атрибутом мезозойской эры в очередной раз выдержит проверку временем. И это значит, что рано списывать со счетов печатное слово на бумаге.

comments powered by HyperComments